Портрет обнаженной

- Читал я про этого Вульфа, - припомнил Айдар. - Фамилия автора Стаут, а имя какое-то  чудное, на собачью кличку похоже.

Я, когда в институте учился, боялся этой химии, как огня. Формулки, циферки, валентность – сам черт ногу сломит. С Уголовным кодексом то же самое. Пока тебе преподаватель не разжует, в какой момент преступление окончено, сам ты не догадаешься.

Для вчерашнего подростка не наказание страшно, а осуждение или поощрение сверстников.

– Как хорошо быть скандалистом в нашей стране! Никто лишний раз тебя не потревожит.

Проще надо подходить к жизни, без пафоса.

Дружище, у тебя на школьной форме нет шеврона. Это ты так против насилия над личностью протестуешь?

Я кивнул головой: «Расклад понятен. Лесбийская любовь – это по-современному: прогрессивно, свежо, а главное – последствий в виде незапланированной беременности не будет».

Встретились, уединились, успокоили гормональный бунт, а назавтра разбежались и забыли, как друг друга зовут. Сейчас все так живут, никто любовью голову не забивает.

Морфий можно много где поискать, но одно я тебе скажу точно: в аптеки он не поступает.

– Возьмите карандаш и нарисуйте розу. По вашему рисунку любой поймет, что это роза, а не кактус. Нарисовать цветок не проблема, а вот вдохнуть в него жизнь – не каждому дано.