Podziemie

Человечество впервые столкнулось с подобным опытом, поэтому, естественно, некоторое беспокойство есть. Но когда об этом начинают расспрашивать… нет, я против. Хотя если задуматься, ненависть к расспросам об осложнениях сама по себе в некотором роде — осложнение. Внутри меня живет желание все, что там произошло, изолировать как предмет иного измерения. Куда-нибудь спрятать. И если можно — подальше от планеты Земля…

Щегольская тройка темно-зеленого цвета. Прямая и уверенная речь. В нем невольно чувствуется убежденность человека, отдавшего послевоенной Японии полжизни. Также создается впечатление, что ему рано уходить на покой, что он еще поработает.

"Я выжил благодаря окружающим. Они молниеносно сориентировались и оказали мне помощь. И это спасло мне жизнь."

через механизм памяти мы иногда редактируем события так, чтобы они стали более понятны, опускаем нежелательные моменты, меняем события местами по времени, делаем дополнения, смешиваем свои воспоминания с воспоминаниями других. И все это происходит совершенно естественно и бессознательно

Человеческая память есть не что иное, как личная интерпретация имевшего место события

хоть вы и стремитесь к свободному образу жизни, выдвигая собственные жизненные ценности, общество вам не позволит достичь этого. Торчащий гвоздь забивают.

Когда человека нет рядом, даже память о близком родственнике тускнеет. Когда его физически нет рядом...

Если у человека нет оснований что-либо ожидать, то он не может быстро прийти к определенному выводу.

Я называю это сном, но правильнее сказать, что это не сон, а эхо того испуга, который остался в голове

заем, который я сделал для покупки квартиры, еще не выплачен, поэтому я не могу быстро стареть

Кажется, что в одночасье постарел лет на 10-15. Словно уже начал выживать из ума. Может, и это восстановится со временем, но прежнему уже не бывать. Полное восстановление невозможно. И я это понимаю

Горше всего то, что не видно границ заболевания

Если умирать, то лишь в последний раз взглянув на лицо подруги. В памяти всплывает именно ее лицо, а не лица родителей. Хочу увидеть ее. Жаль, что не могу ей об этом сказать.

боль не видна постороннему глазу

Например, упади на глазах человек, я бы его спас. В случае если не пострадаю сам. Но будь он на расстоянии, допустим, метров пятидесяти, уже задумаешься, а стоит ли. Посчитаешь, что это — не твое дело, и закроешь глаза. Ввяжешься, опоздаешь на работу, возникнут проблемы…

А обнаружится взрывное устройство — разве я смогу сказать подчиненному: «Сходи, возьми». Не в моем это характере. Придется идти самому

Чересчур много людей эгоистичных, которые чем нести на себе возложенную на них ответственность, замечают лишь плохое за другими.

«Такое впечатление, будто он не выпускает наружу некое чувство»