В оркестре Аушвица

Художественная литература и документальная проза (качественная) выстраиваются по разным законам. Бывает, получается смешать высокое искусство и документалистику, но это скорее исключения, которые лишь подтверждают правило. Писатель должен понимать, что он пишет, иначе в итоге результат его разочарует – и не роман, и не «книга памяти», не свидетельство очевидцев и не убедительное преображение реальности.

Жан-Жак Фельштейн не сумел ни в художественность, ни в нон-фикшн – к сожалению. Его книга кажется неестественной, словно тут у него не ребенок от людей разных рас, а потомство разных биологических видов – скажем, если бы зебра родила от жирафа (интересно, кто бы получился?!). Конечно, испытываешь уважение к труду автора (поездки, разговоры со свидетельницами), но не трогает сие совершенно. «Музыка сильнее смерти» – написано на нашей красивейшей обложке. Сомнительно. И уж точно не сравнится с мемуарами Владислава Шпильмана (и «Пианистом» Полански).

Интересно, что писал автор о своей матери и ее подругах/коллегах, с которыми та выживала в Аушвице (он же Освенцим). В его книге много реальных имен и прямых (почти) цитат. Зофья Чайковска (старшая оркестрового барака), Альма Розе (дирижер оркестра), Элен Верник (скрипачка), Хелена Дунич (тоже скрипачка), Эльза Миллер (скрипачка и мать автора) – множество имен, которые, из уважения, все перечислены в конце книги. И знаете, что самое неприятное для автора? Что это простое перечисление имен, должностей, сроков работы трогает больше, чем вся его большая работа. Автор поговорил с выжившими, писал с их слов, но не сумел добиться сдержанной искренности и простоты, которые отличают реальные мемуары узников и жертв войны. Хуже всего то, что он пытался превратить рассказы жертв в беллетристику. И в то же время не хотел скатываться в литературщину. Из-за этого бесить начинает двойственность «ни нашим, ни вашим»: для изложения реальных историй (в рамках нон-фикшна) – много неуместных литературных приемов, основанных на домыслах а-ля «наверное, именно это она чувствовала в данный момент»; для художественной лит-ры – слишком сухо, схематично, без погружения в личности героинь, никто не вызывает сопереживания и просто интереса, потому что реальные (!) женщины превратились в шаблоны, в вырезанные из бумаги плоские фигурки.

Самое искреннее в книге – воспоминания автора о его покойной матери Эльзе. Потому что он писал о своих чувствах, о своей же памяти. Как сам переживал. Небольшие ностальгические вставки позволяли хоть немного отдохнуть от серости повествования. В такие моменты думалось: ох, лучше бы автор не лез в чужие души, а просто бы написал о своих отношениях с матерью! Получилась бы менее токсичная версия «Обещания на рассвете». Но – увы.

Касаемо «музыки, что сильнее смерти» и «искусство стало для них спасением». Это, конечно, современный тренд во всем видеть позитив. В действительности же книга не врет – музыка ни черта не спасает (уж точно не спасает душу), в данном конкретном случае музыка помогла нескольким заключенным выжить в Освенциме, но – это лишь физическое спасение. Выжившие «благодаря искусству» были так же травмированы, как иные жертвы нацистской системы. Потому что нельзя остаться нормальным человеком, играя заключенным, которых через полчаса отправят в газовую камеру. Или играя эсэсовцам, зная, что любой их них может тебя застрелить в упор, достаточно ему этого захотеть. Музыка в Освенциме – это не символ надежды или спасения. Нет, это – унижение, изощренное издевательство как для музыкантов, так и для слушателей из заключенных. Моцарт и Чайковский не должны служить палачам, а если их заставляют, это отвратительно. И можно сколько угодно успокаивать себя словами «надежда», «спасение» и «сильнее смерти» – они хороши для тех, кому повезло не пройти через ад, потому что в сложной ситуации люди, как правило, мыслят иными категориями.

Меньше всего хочется винить автора - он написал, как счел нужным, имел право, ибо писал с реальных слов и в память о своей матери. Но, увы, мне не хватило глубины, герои не стали близки, а попытки автора поставить себя на место матери вызывают скорее слабую жалость, чем участие. Возможно, более чувствительный человек сумеет проникнуться историей. Но, если вы много читали о том времени, в т.ч. мемуары и письма эпохи, книга, к сожалению, ничего не сможет вам предложить.

Книга основана на реальных событиях. Оркестры в концлагере, действительно, существовали. И женский, и мужской.
Сын одной из узниц рано потерял мать, но нельзя сказать, что она не успела ему рассказать всё, о чём он пытается узнать. Она не хотела говорить о том, что пережила. Страшное время, немногие пережили эти испытания. Женщинам из оркестра помогала музыка, которую они играли. В книге упоминается классическая музыка, которую любили слушать нацисты. Прослушав "Чакону" Баха, сердце сжимается, настолько это произведение затрагивает струны души. А если ещё представить, что эта музыка звучала в концлагере, страшно подумать, что они чувствовали.
Книга идёт как художественное произведение, но вперемешку с документальным изложением, поэтому немного сухо. Повествование, в основном от лица сына, который разыскивает подруг матери по несчастью, они и рассказывают ему историю выживания.
В последней главе автор перечисляет имена тех, кто был рядом в те дни с его мамой.
Книг о том страшном времени немало, в этой же какая-то другая сторона Аушвица, культурно-трагичная.
Пока все мы помним, ничего подобного произойти не должно.
Одних только евреев было истреблено 6 миллионов.

Мне не понравилась эта книга, но поставить низкую оценку я всё-таки не смогла.
Концлагеря, холокост, война — вот главные препятствия для низкой оценки.
я понимаю, почему женщины цеплялись за эти сомнительные привилегии. На самом деле, это в спокойное время кажется, что вроде как были они относительно в безопасности.
Но что значит лишний кусок хлеба, одеяло на кровати, туфли на ногах? С одной стороны ничего, а с другой — очень много.
Это история выживания и не нам судить, тем более, что ничего подлого и непотребного эти женщины не делали. Они просто воспользовались своим умением (про талант там практически ничего не сказано).
А не понравилось мне то, как написана эта книга. Тем более, что писал автор о своей маме и её подругах.
Сухо, скучно, лениво.

«Дали одежду, значит пока не убьют»

Настоящие истории всегда меня цепляют за душу. А здесь еще и события страшные, которые никогда не вычеркнешь из истории прошлого – холокост и ужасы в концлагерях.

Кто бы мог подумать, что умение играть на музыкальных инструментах, может спасти жизнь. Эльза точно не могла о таком помыслить, пока не попала в Освенцим. Ей удалось спастись благодаря игре в оркестре.
Среди мрака, безнадежности и жестоких лишений играла музыка… Какие чувства она вызывала у тех, кто точно знал, что не будет спасен?

Многие из тех, кому посчастливилось выжить с большой неохотой вспоминают тот период, потому что рана никогда не заживет и больно ковырять в ней снова и снова. Эта боль и прошлые лишения сожрала много жизней после.

Сын Эльзы спустя много лет хочет узнать больше о ее прошлом, ведь она так мало им делилась. Он по крупицам восстанавливает пазл событий и встречается с живыми участниками.

Мне всегда тяжело и горько читать о тех событиях. Но в этот раз книга не особо что-то во мне затронула. То ли дело в том, что я уже очень много читала книг на эту тему. То ли суховатый стиль не давал проникнуться. Да и повествование порой какое-то смешанное, нестройное, скачущее с прошлого в настоящее меня сбивало с толку.

Настолько путанного повествования я давно не встречала в книгах. Язык ломанный, логика расположения событий по ходу книги осталась для меня не совсем ясной. Произведения на подобную тематику и без того достаточно сложно читать, а тут совсем беда. Это реально вызывает мучения.

Сама история, конечно, не оставляет равнодушным. К сожалению, нашему миру пришлось пережить такие события, о которых страшно вспоминать, но о которых несомненно важно помнить. Истории о лагерных оркестрах, сопровождавших своей музыкой геноцид, это конечно, лишь малая доля тех ужасов войны, с которыми пришлось столкнуться ни в чем неповинным людям. Это страшно, это ужасно, это невозможно принять и понять!

Но данный экземпляр околодокументальной литературы, конечно, не является лучшим источником знаний о тех событиях.

По сути это своего рода проработка автором своих психологических проблем, элемент психотерапии, о чем он и пишет по ходу повествования. Показать участниц оркестра, воспоминания о тех событиях для него не является первостепенной задачей. Самым главным он для себя считает восстановить в своей голове образ матери, не сложившиеся отношения с которой нанесли ему глубокую психологическую травму.

Не то, что ожидалось от книги, к сожалению.

P.S. И что уж совсем непонятно - это антисоветчина. Рядом с упоминанием СССР фигурируют такие понятия как "свиномордый", "одиозные пассажи" и прочее... Хотя, казалось бы, именно советская армия приложила колоссальные усилия для освобождения, в том числе, узников Аушвица, но, увы, автор, похоже, так не считает.

Сложно ставить оценку книге, написанной на основании реальной истории, да ещё и истории заключённых нацистского лагеря. Ты как будто, оценивая книгу, оцениваешь сами события, хотя, конечно же, это не так. И всё же самой книге как художественному произведению я бы поставила оценку ниже, просто рука не поднимается. Скажу честно: книга мне не сильно понравилась. Хотя я очень люблю художественные книги на тему ВОВ, причем самых разных авторов. Она небольшая по объёму, с крупным текстом и могла бы быть прочитана буквально за пару дней, но тем не менее читалась довольно сложно.
Как мне кажется, из этой реальной истории приговоренных к смерти, но выживших заключённых лагеря смерти Биркенау (он же Освенцим или Аушвиц), выживших благодаря музыке, можно было создать потрясающее сильное художественное произведение. На деле оказалось очень сумбурное, нестройное, какое-то рваное повествование, без какой-либо структуры. Куски прошлого и настоящего, собранные вместе как будто без всякой логики; очень много имён, за которыми сложно уследить и запомнить из-за отсутствия какого-то намёка на сюжет; обрывки воспоминаний оркестранток перемежаются с размышлениями автора о своей матери, в поисках воспоминаний о ней её "сестёр"-оркестранток. И как будто автор описывает то, что не может не вызывать эмоций и переживаний, но вот как-то не перевернула всё внутри меня эта книга. Конечно, с точки зрения получения новых знаний (я, например, не знала раньше, что в лагерях нацистов были оркестры) это полезный материал. Но с точки зрения художественного произведения, это довольно слабая, на мой взгляд, книга. Я даже раздумываю оставлять ли её в своей библиотеке.

Эта книга основана на подлинных событиях и рассказывает о женском оркестре, который был организован нацистами в лагере смерти Аушвиц. Это реальная история реальных людей, которым посчастливилось, если можно так сказать об этом, выжить в тяжелейших условиях нацистского концлагеря, где людей посылали на смерть зачастую по счету. Эти люди выжили благодаря музыке, но многие из них после освобождения не смогли больше взять в руки музыкальный инструмент. Для меня, этот роман стал познавательным, так как я не знала, что были такие оркестры, состоящие из заключенных, которых заставляли играть не только для немцев, но и для заключенных, идущих на работы и возвращающихся с нее. В любую погоду и даже во время селекции, когда людей отправляли в газовые камеры. Вроде бы столько мною прочитано, столько посмотрено, а вот это осталось вне пределов моего внимания. Благодаря этому роману этот пробел был восполнен.

Как и прочие романы, запечатлевшие воспоминания прошедших Биркенау, Аушвиц и прочие лагеря смерти, этот читается тяжело, но читать его надо, чтобы не только не забывать о том, что было, но и не допускать такого в будущем. Да и нужно знать тех героев, которые себя таковыми и не считают, которые смогли выжить и остаться людьми, невзирая на весь ужас и бесчеловечность, что творились в этих лагерях. Сложно его оценивать, но как художественное произведение оно оставляет желать лучшего. Но и автор не писатель, а человек, который просто хотел узнать больше о своей матери и ее прошлом. Оценка 4

Много написано книг про вторую мировую войну. Но эта книга другая.
Много написано про ужасы "лагерей смерти". Но эта книга другая.

Эта история, которая вас удивит и эта реальная история. "Оркестр Аушвица" - реальная история, реальных людей. Людей, которые попали в ад фашизма и пытались выжить. Несколько десятков человек, в течении своего пребывании в концлагере, благодаря своему музыкальному таланту смогли выжить. Они получили самый главный приз в своей жизни - жить дальше. Потому что работникам концлагеря, его охранникам и обслуги был нужен музыкальный оркестр для сопровождения их работы. Лагерный оркестр Аушвица сопровождал выход на работу утром и возвращение с работы вечером команд "Aussenkommandos", тех заключенных, которые трудились вне стен лагеря. Этот оркестр играл военные оркестры, в его репертуаре были разные мелодии и все эти мелодии служили, чтобы ласкать слух охранникам лагеря.

История про заключенных лагеря "Аушвица" которые смогли выжить. Они выжили, дождались своего освобождения и навсегда оставили в своей памяти этой период жизни. Той жизни, когда простой музыкальный талант и любовь к музыке позволил дал им самый ценный выигрыш - жить дальше. Жить дальше в свободной Европе, в свободной стране, чтобы встретится потом и вспомнить об "оркестре Аушвица». Оркестре, который их освободил.

Трудно писать отзывы о книгах, подобных книге Жан-Жака Фельштейна «В оркестре Аушвица». Тема такова, что оценивать как-то неловко и неуместно, тем более, что это не художественное произведение, а сборник воспоминаний тех, кто выжил. Я оценила книгу на 3,5 из 5 и сразу скажу, что оцениваю не историю, которую нельзя оценивать, я думаю, а оцениваю подачу материала.

Жан-Жак Фельштейн предпринял попытку найти для себя мать. Она выжила в концлагере, вышла замуж, родила мальчика, потом развелась и ещё раз вышла замуж, родила девочку и в возрасте 50 лет умерла от рака. Вот этот мальчик и есть Жан-Жак. Можно сказать, что он всю жизнь искал мать, потому что она и была и не была как в прямом физическом смысле, т.к. они жили достаточно долго не вместе, мальчик перемещался между отцом и матерью, так и в ментальном смысле.

Автор делится с нами своими детскими переживаниями, которые не прошли с возрастом, он так и недополучил мать, и он считает, не без оснований, что причина в том, что мать так и не смогла оправиться после концлагеря, хотя снаружи всё было более-менее нормально. Постоянная недосказанность, замалчивание и запреты на разговоры про жизнь в лагере, особое отношение к матери со стороны родственников, что на самом деле не помогало, а усугубляло её ощущение ущербности, всё это сильно мешало отношениям сына и матери.

Когда Жан-Жак вырос, он стал изучать историю тех мест, где была мать, он узнал, что выжила она благодаря тому, что попала в оркестр. Как это ни странно, но фашисты любили музыку. Они любили отдыхать под музыку классиков между убийствами людей с одной стороны, а с другой стороны музыка помогала организовывать заключённых во время отправки на работы. Живые скелеты маршировали под звуки военных маршей, что помогало им быть единым строем и облегчало фрицам подсчёт.

Эльза, мать автора, играла на скрипке, благодаря чему была отобрана в особую группу оркестранток, у которых были некоторые послабления в режиме, получше условия жизни. Это спасало физически, но угнетало морально. Жизнь в оркестровом бараке тоже не была радужной, т.к. там жили и работали вместе много женщин разных национальностей, с разными взглядами, каждая со своим горем, каждая со своим способом выжить и не сойти с ума.

Для меня слабое место в книге – подача материала. От книги ожидаешь именно истории про выживание людей в Аушвице, как заявлено в названии, а получаешь в большей степени историю примирения сына с образом особой матери, изживания из сознания детской обиды на недополучение внимания и любви, в принятии уже взрослым матери просто как человека, прошедшего ад. Автору помогли узнать мать её подруги из оркестра, и в книге достаточно много рассказано как, где и с кем встречался и общался Жан-Жак Фельштейн, что лично мне не было так интересно. Кстати, мать автора большую часть времени провела в филиале Аушвица в лагере Биркенау. В интернете можно найти и фотографии и статьи про этот оркестр.

Жаль, что эту книгу написала не женщина, написавшая последнее письмо из эпилога. Тогда, скорее всего, она была бы тем, что я ожидала. Страшной помесью из музыкального сопровождения театра абсурда. Повествованием о том, какой ценой спасалась жизнь. О том, как можно было играть на музыкальных инструментах там. Что было с оркестрантками. И как их ненавидели прочие. И весь этот кошмар.
Но вместо того автор пишет... о себе. И не особенно приглядно. Очень уж пафосно. Нет, он тоже имеет право. И тоже пострадал. Но явно не так, как его мать. И потому его пафос и книга о себе, маскирующаяся под книгу о них, выглядит как-то глупо и жалко.
Не обрисован тут лагерь. Нет контраста между идеей творчества и тем, где и как оно выживало.
На самом деле почти ничего, кроме набросков и без того известного широкими мазками, тут нет. И скорее описано, как автор где-то там катался в будущем. И что он думал.
А ещё там так и осталось то, что нет, он не простил свою мать. Если читать книгу, то понятно, что не простил. Хотя и прощать в целом не за что.
Так что парадокс истории вышел не в том, чего я ждала.