The Ego Machine

Продолжаю потихоньку знакомиться с творчеством дуэта Каттнер-Мур. Нынче выбрала рассказ в сольном исполнении Генри Каттнера, оказавшийся довольно забавной фантазией о том, какое влияние может оказать наложение психоматрицы какой-нибудь известной (или условно известной) исторической персоны на сознание человека, живущего в середине двадцатого века.
Некий Никлас Мартин, будучи талантливым, но довольно бесхарактерным драматургом, из-за жестокой насмешки судьбы в виде мелкого шрифта в краткосрочном контракте и гриппа, уложившего его агента в больницу, обречен на рабскую зависимость от кинокомпании “Вершина”, если за пару дней, оставшихся до дня Х, не случится чуда и не найдется способа отвертеться от продления договора на пять долгих лет. Ситуация сильно осложняется малоадекватным режиссером, установившим на территории студии диктатуру с очень жесткими условиями выживания. Затюканный до предела Мартин мечтает об одном: сбросить это рабское ярмо, любыми средствами расторгнуть ненавистный контракт. А, нет - еще драматург мечтает о своем агенте - прекрасной Эрике Эшби, в которую влюблен, как мальчишка, но не находит душевных сил признаться в своих пламенных чувствах. В общем, рохля со всеми вытекающими.
Накануне знаменательного дня в кабинете Мартина, находящегося в очень растрепанных чувствах, появляется… робот. С очень странным предложением принять участие в социально-культурном эксперименте, поставленном на благо человечества. С помощью специального прибора, разработанного в неопределенном будущем, где роботы - скучная обыденность, подопытный человек подвергается некой обработке, вследствие которой ему становятся доступны поведенческие характеристики какой-либо, наиболее подходящей испытуемому по психотипу, известной личности. Данные характеристики должны улучшить реакции добровольца так, чтобы он мог взаимодействовать с окружающей средой с максимальной пользой для себя, прямо как та самая известная личность. Вот только роботы из будущего немножко не учли, что окружающая среда того же Бенджамина Дизраэли значительно отличалась от среды, которая окружает Никласа Мартина, что естественно, лишает эксперимент чистоты и, конечно, не вполне идет на пользу участнику эксперимента.
Это было действительно забавно - то, как преображался злополучный драматург, потому что одной только личностью знаменитого лорда дело не обошлось. И я даже не знаю, что было смешнее - поведение героя, в зависимости от наложенной на него личины, или то, как Мартин разводил (по-другому этот процесс просто не назвать) робота-экспериментатора на несанкционированные действия - опять же, пользуясь действующим в настоящий момент психотипом. Эти моменты Каттнер прописал просто замечательно, типажи, на мой взгляд, вышли очень характерными.
Ещё мне понравилось то, что писатель до конца выдержал линию с проблемой героя - как бы Мартина не корежило, он всегда помнил о злополучном контракте и таки старался использовать неожиданные возможности для разрешения ситуации в свою пользу. Пусть и не всегда успешно. Но больше всего меня умилило то, что, находясь под воздействием чужих тараканов, герой, наконец-то, смог решить свою сердечную проблему.
И я бы с удовольствием оценила рассказ гораздо выше, если бы не затянутый момент знакомства с роботом и некоторое несоответствие в последовательности событий (или причинно-следственных связях?). Очень странно получилось с Иваном Васильевичем: судя по всему, в начале робот собирался поставить эксперимент на небезызвестном монархе, но позже психотип этого самого монарха оказался одной из матриц, доступных для наложения, хотя, по логике, одно должно исключать другое.
Если же закрыть глаза на эти моменты, рассказ очень хорош. А финал со злом, которое вполне закономерно должно быть наказано, так и вовсе фееричен.