Луковица памяти

Так произошло со многими, чья биография была признана неправильной; люди с правильной биографией всегда знали, какую признать неправильной.

Что такое человек? Не что иное, как частичка, участник массовки, одно из действующих лиц, яркий камешек в мозаике истории.

меня ужаснула, потрясла мысль Ремарка о том, что война делает каждого солдата убийцей.

Книги очень рано стали для него чем-то вроде дырки в заборе, через которую можно было прошмыгнуть в иные миры.

«Гусь немыслим без эстрагона!»

Тот, кто повидал трупы, лежащие поодиночке или вповалку, дорожит каждым новым днем.

Память любит ссылаться на пробелы. Сохранившееся приходит непрошеным, под разными именами, любит менять обличье. Воспоминание часто дает весьма расплывчатые показания, которые к тому же трактуются весьма произвольно

Речь шла о смысле жизни среди бессмысленности мира, о взаимоотношении личности и массы, о лирическом "Я" и вездесущем Ничто. Постоянно возвращалась тема самоубийства, добровольного ухода из жизни. Считалось хорошим тоном размышлять об этом вслух с сигаретой во рту.

Практически всегда я хранил ей верность. Я не мог и не хотел расставаться с ней. Привержен ей и до сих пор. Она всегда знала обо мне больше, чем я сам желал бы знать о себе. Она занимает место на одной из моих конторок, ожидая меня всеми своими клавишами.
Признаюсь, временами я пробовал и другие модели - как говорится, ходил на сторону, - однако всегда побеждала привязанность к ней, на что она отвечала взаимностью даже тогда, когда такие пишущие машинки исчезли из продажи.

После — это всегда накануне.

Неточные воспоминания иногда приближают к правде, пусть даже окольными путями и всего лишь на длину спички.

И хотя с началом войны мое детство закончилось, я не пытался задавать вопросы.
А может, я как раз потому и не задавал вопросы, что перестал быть ребенком?
Неужели только дети, как в сказке, способны задавать правильные вопросы?

Память любит хранить старье, то есть вещи, которые обещают просуществовать долго, пусть даже в качестве утиля.

Кто в силу профессии вынужден годами эксплуатировать самого себя, тот поневоле учится пускать в дело любые остатки.

Кто раз обжегся, опасается любого огня

Память любит ссылаться на пробелы.

Неточные воспоминания иногда приближают к правде, пусть даже окольными путями и всего лишь на длину спички.

Память, если донимать ее вопросами, уподобляется луковице: при чистке обнаруживаются письмена, которые можно читать — букву за буквой. Только смысл редко бывает однозначным, а письмена выполнены зеркальным шрифтом или еще как-нибудь зашифрованы.

Память, если донимать ее вопросами уподобляется луковице: при чистке обнаруживаются письмена, которые можно читать - букву за буквой. Только смысл редко бывает однозначным, а письмена выполнены зеркальным шрифтом или еще как-нибудь зашифрованы.