Цитаты из книги Увидимся в темноте

- Рассказать вам об этой улыбке?

– Что-то новое?

– Скорее хрестоматийное. Оно касается природы серийных убийц как таковых. В подавляющем большинстве они не способны на эмоции. Они не переживают их вообще. Никаких. Но в состоянии довольно искусно их имитировать.

Весь корень зла – в жене. Не будь ее, безволосый пугливый монстр озаботился бы исчезновением симпатичной ему девушки. Предпринял бы какие-нибудь шаги вроде визита к участковому или звонка родственникам. Но страх перед гипотетическим гневом или – того хуже – насмешкой жены (на молоденьких потянуло? А ты себя в зеркале видел, лысое чмо?) связывал Вадима Петровича по рукам и ногам. Не давал ему возможности поступить, как поступил бы любой человек. Даже не хороший – просто нормальный.

Самые главные вещи на свете – это не вещи

Не потеряйся в том, чего нет

– Мой друг – это ты. – Судмедэксперт приподнял бокал и посмотрел сквозь него на Брагина.

– Но ведь не лучший?

– Не лучший. Лучший – моя жена. Она, конечно, монстр, но без отягчающих.

…Поножи — вот как еще называются такие кольца, вот я и вспомнила. Нафталиновое слово, не слишком подходящее для ассортиментной линейки секс-шопа, – без улыбки его не произнести. Да еще вечно путаешься в ударениях.

– У среднестатистического пользователя Сети пабликов наберется никак не меньше полусотни. Часто – больше. Это создает иллюзию многовариантности альтернативных мнений и свободы выбора. Одна точка зрения, как и множество этих точек, – всего лишь повод. Приглашение – к самого разного рода манипуляциям. К тому же подавляющее большинство блогеров взаимозаменяемы.

С самого начала, еще со времен вторжения на Малую Гребецкую, Вяткин, не признающий никаких болезней, кроме инсульта и красной волчанки, называл мальчика Кирилла не иначе как уничижительным и совсем не медицинским термином «невменько».

Продолжение следует ...