Ich nannte ihn Krawatte

Купила я книгу только потому что Поляндрия) ну и читать взяла потому, что маленькая оказалась. Я ничего о ней не читала, не знала. Какого же было удивление, когда это оказалась азиатская проза.

Тагути Хиро - хикикомори. Он два года живёт в затворничестве, не покидая комнаты и дома. В попытке вернуться в реальный мир, он выходит в парк.
Охара Тэцу потерял работу и боится признаться жене. Поэтому каждый день зависает в этом парке.
Они обнаруживают необъяснимое родство душ. Связь между ними помогает каждому из них найти силы жить заново.

Читается легко из-за слога. Их истории были одинокими, полными бессилия и непонимания как жить дальше. При этом очень грустно было читать истории как они пришли к тому, что сидят в этом парке. И очень воодушивляюще было следить как меняются герои, как меняется их мировоззрение.

Моментами очень хотелось их спросить почему, как, зачем? А в следующий момент понимала, что я бы, возможно, тоже так сделала бы. Поэтому отклик книга нашла.

История "Я бы назвал его Галстуком" имеет доброе светлое послевкусие, которое откликается будет долго.

«Я назвал его Галстуком. Ему нравилось это прозвище...». Они были разными, разными настолько, что вряд ли бы вообще встретились и тем более сдружились, если бы не одно “но”: с ними обоими что-то было не так. Хикикомори Тагути Хиро должен был в это время сидеть дома, салариман Охара Тэцу – в офисе, но благодаря случаю нити их обесцвеченных жизней пересеклись в парке, где пусть и было всегда многолюдно, но при этом удавалось и затеряться в своём внутреннем одиночестве. «Мы топчемся по тающему льду». Одиночество... Да, они оба были одиноки. Один не мог ужиться с внешним миром, другой – признаться жене в том, что его уволили, и вот теперь они каждый день встречались, медленно приходя к чему-то, что можно было бы назвать дружбой. Сначала они кивали друг другу, мол, и вот мы снова здесь, добрый день. Затем они дошли до взмаха рукой, простого, но такого ободряющего жеста. Их разделяла граница – усыпанная гравием дорожка, но вскоре она была преодолена, и вот они уже сидят на одной скамье, которая в скором времени станет их. «Наша скамейка была скамьёй ожидания». И как-то так вышло, что постепенно они, доверившись друг другу, рассказали о том, что было их хрупким льдом, и рассказы эти были такими прямыми и честными, будто они, вслушиваясь в звук собственного голоса, тщились осознать свои промахи, и то, что рядом сидел тот, кто внимательно слушал, успокаивало и утешало; да, это и правда была дружба, необычная и спонтанная, но – дружба. «И всё же он был здесь. Как и я».

«Я должен был усвоить, что всё меняется и что, несмотря на это, стоит жить...». Их истории были тяжёлыми. Во всех смыслах. Хиро отвернулся от друзей, когда на них напала стая оголодавших по чужим страданиям мерзавцев. Тэцу отвернулся от сына, который родился с пороком. Честно? Читать это было неприятно, потому что узнавалось. Ты можешь не сталкиваться с подобным лично, ты можешь особо не вглядываться в происходящее вокруг, но нет-нет подобная новость да врежется в приятный мирок твоего бытия, оставив если не шрам, то трещину. «Она засела в моей голове и пошла дальше – в сердце и вены. Я и сам – бескровная трещина», – а так ведь оно и начинается, для кого-то эти раны меняют всё. И вот он, результат. Один не просто отсиживался в комнате родительского дома, он боялся к кому-то привязываться, ему было страшно, что всё повторится. Другой не просто боялся рассказать жене правду, его пугала её реакция, ведь после смерти их сына именно эти утренние ритуалы – подъём, завтрак, прощание – удержали её от саморазрушения. Подобное можно осуждать и называть глупостями, но они – люди. Выслушивая друг друга, они не давали оценку, и это было ценно. Очень. И постепенно что-то начало сдвигаться, меняться... проясняться. Ведь родители юноши пусть и стыдились его, но при этом ещё и любили – и ждали. Ведь супруга мужчины обо всём догадывалась – и ждала. Это был долгий путь принятия, но благодаря этим разговорам они поняли, что пора что-то менять, иначе... «Я до сих пор усваиваю этот урок».

«Из-за всех стараний быть нормальным, из-за всей борьбы я как раз и был другим», – и сколько сил на это тратится, и ради чего, все живут как могут, жить и без того чертовски трудно, а тут ещё ты должен удовлетворять чужие пожелания по поводу того, как ты должен проживать свою жизнь. Полнейший абсурд. Именно отсюда и берёт своё начало тот самый стыдливый страх, ведь даже если у людей есть близкие и любимые, они упорно молчат и плетут ложь, лишь бы не показать свою слабость, ведь так они – о ужас – продемонстрируют свою “ненормальность”. «Единственное, что мне оставалось, был стыд. Я стыжусь своего стыда». Тут в первую очередь вспоминается история учителя музыки Ватанабэ, которого на похоронах его любимой жены осуждали за то, что он не плачет, будто слёзы – это показатель истинных чувств. А травля? Как Юкико умерла, так сразу все понесли на место её гибели цветы и начали проливать литры слёз, но кто её травил-то; ну раз они рыдают, то, видимо, тут одна лишь искренность (нет). Все эти сплетни, осуждения, шепотки. Зачем люди этим занимаются. Что им это даёт. Разве они не понимают, что они вредят другим, приближают их к той точке, за которой скрывается угольное «Я так больше не могу». Впрочем, даже копаться в этом не хочется. О чём и хочется думать, так это о том, что в финале сего сказа был не конец, там было НАЧАЛО, и всё у Хиро получится, ведь у него есть родители, друг – и воспоминания о человеке, который открыл ему глаза на многое. «Я не вижу общества. Я вижу отдельных людей. С ними я и хочу остаться. В частном. Где каждый помечен, у каждого свои пятна, каждый важен и нужен».

«Я часто задаюсь вопросом, почему мы перестаём быть абсурдно счастливыми...», – и всё-таки взрослость – не приговор. Это было... неожиданно, я вообще ничего не ждала от этой истории, и какой же чудесной она оказалась, как умело писательница подбирала слова, которые ранили и в то же время исцеляли... Я далеко не сентиментальный человек, но меня очень тронула эта небольшая книга, она такая простая, но сколько всего в ней переплетено, сколько в ней, несмотря на поднятые темы, тепла, любви и доброты, того, что действительно имеет значение. “Кем бы я мог стать”, “если бы”, “я бы”... и правда нет ничего прискорбнее этих сослагательных, потому что всё, ничего уже не изменишь, ничего не исправишь – потому что уже нечего исправлять. Подумать только, герой наконец-то разобрался в себе и решился на признание, с радостью предвкушая перемены, но... не успел. Никаких путешествий, планы на которые строились столько десятилетий. Никакой лёгкости. Никакого счастья. Ничего. Но он хотя бы попытался. И ведь порой так мало нужно для того, чтобы вырваться из этой внутренней ловушки. Конечно, порой одного разговора недостаточно, но это ведь всё равно шаг в верном направлении. Так оно и работает: вы откровенно говорите вообще обо всём, поддерживаете друг друга, понимаете, и это прекрасно, ведь даже если возникли какие-то трудности, они будут преодолены. Ну а окружающее... А что – окружающее? Пусть и дальше требует от всех чего-то невозможного. Не имеет значения. Вообще. «Именно таким я хочу его запомнить».

«Хикикомори: так в Японии называют людей, которые не хотят покидать родительский дом, запираются в своей комнате и сводят к минимуму общение с родителями. Длительность такого образа жизни варьируется. Некоторые затворничают по пятнадцать, а то и более лет. Однако общее количество хикикомори неизвестно, поскольку многие из них остаются в тени, опасаясь стигматизации. По общим оценкам, проблема затрагивает 100 000 до 320 000 молодых людей. Основной причиной считается необходимость адаптации в школе и обществе».

При таком объяснении понятия «хикикомори» из сноски к книге Милены Митико Флагар «Я назвал его Галстуком» некоторые моменты описываются очень фактологически. О чём эта тихая и необычная книга: с одной стороны, есть Тагути Хиро. Он жил в своей комнате в течение многих лет и теперь отважился на то, что он называет своим первым освобождением. Это приводит его в парк, где он садится на скамейку. Повседневное действие, но для молодого парня это гигантский шаг на незнакомую территорию и в общество, которое ему уже не знакомо. Чуть позже в парк заходит Охара Тэцу, служащий, в сером костюме, белой рубашке, с портфелем и галстуком в красно-серую полоску. Ему 50 лет, он курит, читает газету, распаковываете своё бэнто, еду, которую он принёс с собой. Но после предполагаемого обеденного перерыва он не возвращается в сторону одного из офисных зданий, где его ждёт много работы и множество преследующих друг друга коллег. Нет. Этот человек засыпает, и у него больше нет работы. Между этими людьми завязывается дружба.

Роман можно читать так, как его описывают: историю двух аутсайдеров, нашедшие друг друга, историю, заставляющую задуматься и чей меланхоличный оттенок доминирует в настроении книги. Тем не менее, это доминирование не является подавляющим, потому что эта лингвистически очень искусная камерная пьеса, которая любит, чтобы мысли и предложения были оторваны и чтобы они не были завершены. Это не книга скорби, а скорее поэтическое социальное исследование западного или высокоиндустриального и капиталистического мира, из-за которого некоторые его обитатели терпят неудачи или ломаются. Эта книга заставляет поднять взгляд и посмотреть на этих людей, которые тихо разговаривают сами с собой и на которых иначе мы не обращаем внимания, но их жизни и истории ценны и интересны.

Можно, конечно, также задаться вопросом — и это было бы прочтение красивого и мужественного романа автора — в какой мере здесь присутствует притча. Поскольку разница между хикикомори, показывающий свой страх перед миром, свои страхи в отношении с обществом и свою изоляцию в физическом уединении, не так уж велика, и множество людей, которые также не могут справиться со своей жизнью и вездесущим давлением, что заставляет их обращаться к соответствующим специалистам или просто размышлять о своей жизни.

Замечательная книга, показывающая нам, как наше общество создаёт маргинальные группы. Это неподвижный образ человечества, который должен открывать нам глаза не для того, чтобы не обращать внимание на таких людей, а время от времени приближаться к ним.

Милена Митико Флашар, обладающая великолепным стилем письма и прекрасной идеей, создала небольшой и хороший роман.

На обратной стороне обложки написан отзыв Wiener Zaitung, который прекрасно передаёт смысл этой глубокой книги.

Флашар удаётся глубоко заглянуть в психологию и в саму жизнь, ни разу при этом не скатываясь в банальность или фальшь. Её умение подбирать трогающие сердце слова
Непревзойденный абсурд жизни для описания тяжёлых событий в этом тонком, наполненном аллюзиями романе — настоящая литературная удача.

В самом начале мы знакомимся с молодым человеком, который сидит на скамейке в парке и неспешно наблюдает за всем вокруг. Нет ничего необычного в самом этом факте — тысячи людей сидят в парках. Но постепенно мы узнаём, что даже такое простое действие невероятно трудно для главного героя, потому что он — хикикомори, человек, осознанно выбравший уединение, изоляцию от общества. Два года заточения, и он решил, что пора потихоньку что-то менять. Его внимание сразу привлёк мужчина, значительно старше его, который словно по часам приходит в этот же парк ровно когда начинают свою шумную деятельность многие офисные здания. Он читает газету, потом достаёт искусно приготовленный ланч и уходит, когда костюмы и юбки-карандаши завершают свой рабочий день. Про себя молодой человек назвал свою молчаливую компанию Галстуком.

Поначалу даже не понимаешь, почему одному мужчине, сидящему на скамейке в парке, таким странным и неуместным кажется присутствие другого мужчины в этом же самом парке на такой же точно скамейке. Но постепенно эти двое начинают общаться, и мы узнаем, какие события и какие люди привели их к этой самой скамье. Они словно дали друг другу разрешение вывернуть души наизнанку, потому что почувствовали эмоциональную идентичность, несмотря на то, что одному двадцать, а другому пятьдесят восемь. Младший чувствует разъединение с миром, полным страданий. Старший испытывает необъятное чувство вины перед супругой, которая каждое утро провожает его на работу, которую он потерял.

Галстук в книге - неожиданный символ. Он и удавка на шее, символ обязанности, а теперь и напоминание о чём-то утерянном. Но он и милый "сувенир" от супруги, которая с любовью поправляет его на шее мужа каждое утро, желая ему хорошего дня.

Это та история, которая заполняет всё пространство вокруг тебя, вытесняет все сиюминутные мысли и мощной хваткой у горла заставляет сосредоточиться только на силе эмоций, которая она вызывает. Несмотря на огромное количество грусти в книге, у меня осталось неуловимое ощущение, что всё-таки это история о надежде и добре.

Флашар меня поразила. Это ёмко, красиво, трогательно и элегантно.

Если бы. Я бы. Нет ничего прискорбнее сослагательного наклонения. Возможности, которые оно обрисовывает, никогда не воплотятся, и - несмотря на это или как раз поэтому - они определяют настоящее время.

Судьба сводит двух людей в парке: Тагути Хиро и Охара Тэцу. Один из них принял решение изолироваться от окружающего мира, быть подальше от той неприятной действительности, которая его окружает.
Другой - белый воротничок, который не может признаться своей жене, что потерял работу.

Мне было интересно: что скрывает за собой эта небольшая и вроде бы простая житейская история? Как автор свяжет их жизни и почему 2 таких непохожих человека становятся близкими друг другу?

Мы оба смотрели, как всё от нас ускользает, втайне чувствуя при этом облегчение оттого, что не в силах повлиять на ситуацию. Быть может, поэтому мы и познакомились. Чтобы одновременно и бесповоротно установить: не в наших силах ни здесь, ни сейчас изменить происходящее. И, быть может, поэтому его история была так похожа на мою. Она повествовала о том, что он упустил и что уже не сможет вернуть.

Написано это удивительно тонко и очаровательно. Хочется слушать героев бесконечно долго с их нелегкими проблемами, разочарованиями и печалями. Возникало ощущение, что каждый из них накопил столько боли внутри себя, что их встреча - это возможность исповедаться друг перед другом.

Мне понравилось, что Флашар затрагивает тему социальной нормы.
Что значит для родителей, когда их сын замкнут в себе и отказывается выходить из дома, не имеет цели в жизни? Конечно же, им приходится врать ради сохранения репутации, что "нет ,их сын такой же успешный и амбициозный, как все".

Что значит для тебя, когда ты несколько десятилетий проработал в компании и на твое место пришли более активные и способные ребята? Это унижение, ощущение отработанного материала, испорченный винтик в системе. Ты больше не нужен.

Можно ли стоять в стороне и молчать, когда обижают человека слабее тебя? Почему бывает страшно оказаться на его месте и можно молча наблюдать за происходящими ужасами?

Здесь очень много таких моментов, когда общество и порой сам человек изматывает себя бесконечными чувствами вины, обиды, страха.

К концу книги вместе с героем ты делаешь шаг, и еще шаг навстречу новой жизни. Уже без сожаления, без тянущего прошлого и без страха за будущее. Мне этот свет в конце тоннеля очень понравился. Книга оставляет за собой меланхоличный шлейф и глоток надежды.

-А что говорить, - продолжил я. - Что говорить, когда кончились слова?

Идеальное чтение на весенний вечер, когда есть необходимость подумать над жизнью и увидеть, что неидеальные люди с неидеальной жизнью просто порой должны идти дальше, ценить себя несмотря ни на что.

По большому счету, вся фабула этой короткой, на 157 страниц крупным шрифтом повести изложена в аннотации, и добавить к ней нечего даже к финалу.
Родившаяся в семье японки и австрийца Флашар разматывает сюжет на улицах неназванного города родины своей матери, где в безымянном парке день за днем встречаются два японских потерянных одиночества.
Первый – 20-летний хикикомори Тагути Хиро, который два года не выходил из своей спальни в родительском доме, питаясь из подсунутых ему под дверь мисочек, а теперь вдруг решился выползти наружу и сидит на скамейке, укачанный бурным миром и тревожный, в попытке хоть как-то справиться с внутренним беспокойством и агорафобией. Единственное, что его успокаивает – это вид сидящего на лавочке напротив мужчины в костюме с галстуком, который прилежно ест принесенный с собой обед-бенто из аккуратно уложенной коробочки.
Галстук – это переваливший далеко за полтинник Охара Тецу. Он на днях потерял работу, но не может заставить себя признаться в этом жене. Пообещав ей на свадьбе много лет назад счастье в стабильной повседневности, Тэцу теперь пытается обеспечить его, сохраняя видимость привычного распорядка дня. Каждое утро он по-прежнему встает в шесть, берет приготовленную любимой супругой коробку с бенто и едет на поезде в город, где коротает время рабочего дня на скамейке напротив Хиро, после чего возвращается домой.

Нельзя сказать, что герои книги одиноки в традиционном понимании этого слова. У обоих есть любящие родные и явная поддержка их текущего поведения.
Однако внутри у обоих зияет дыра, оставленная их собственным конформизмом и предательством. Каждый из них в свое время смалодушничал, оставив без поддержки близкого человека, который в нем нуждался, и это закончилось плохо.
Хиро и Тецу полны сожалений и скрытого стыда за свои давние поступки, они по разным причинам, но оба не справились с ожиданиями общества и предпочли на время самоустраниться, зависнуть в безвременье и ничегонеделанье.
Встретившись случайно и почуяв друг в друге родственную душу, они завели похожий на обмен монологами разговор о душевной боли, потерях и фобиях. Они оказались вместе в нужное время. И эти люди, кажется, не нуждаются в полноценном диалоге: каждый жаждет лишь, чтобы его выслушали от и до, без осуждений, чтобы, проговорив самое страшное, переосмыслить его самому и попробовать начать жить дальше.

Лаконичный текст книги, напрочь лишенный хоть каких-то описаний и кавычек, разбит на 114 крохотных, на страничку, глав – мелких шажков, деликатно продвигающих измученных персонажей к принятию себя.
Поток воспоминаний и эмоций героев изливается из их уст бурно, но фрагментарно, иногда разбавляясь философскими размышлениями главного рассказчика, юного хикикомори Хиро.
Из минусов для меня – как раз эта словно искусственно приклепанная к истории философия, порой сбивающая ощущение реалистичности происходящего, и местами слишком прямолинейная мелодраматичность.
Из плюсов – сильная вовлеченность в процесс прикосновения к жизни двух людей, которые чувствуют себя изолированными и покинутыми обществом, но находят утешение во внимательном выслушивании друг друга.

А еще надежда в финале.
От безысходной и отравляющей мысли о том, что взросление – это потеря, когда ничего не выигрываешь, а только проигрываешь себя, Хиро постепенно приходит к желанию попробовать еще раз. И пусть по финалу абсолютно не ясно, получится ли у него и кем он станет в дальнейшем, у него уже есть желание принимать хоть какие-то решения о своей жизни, а это в его случае куда важнее, чем сами ответы.

История в итоге получается не мрачной констатацией чьих-то моральных слабостей и японских социальных невзгод, провоцирующих молодых людей хикикоморить, чтобы спрятаться от навязанных извне высоких требований, а вдохновляющим размышлением на эти темы – необычным и нежным, с сильным ощущением того, что именно делает нашу жизнь стоящей того, чтобы жить.

Приятного вам шелеста страниц!

Только-только в издательстве Поляндрия No Age вышел на русском роман австрийской писательницы Милены Митико Флашар, которому уже больше десяти лет. С нетерпением буду ждать новых, потому что это праздник для читателя!
История от формы до содержания стопроцентно японская, что неудивительно — Флашар наполовину японка. Ее проза лаконичная, чуткая, образная. Одно только жаль, что книга заканчивается так быстро.

В один из дней юноша выходит из комнаты, которую не покидал два года, и отправляется в парк. На скамейке напротив он встречает Охара Тэцу, который приходит сюда вместо работы, чтобы скрыть ее потерю от жены.

Удивительно трогательная книга! Она совсем небольшого объема, но читать ее было не просто.
Я слышала о таком явлении в Японии, как "хикикомори". Знала, что это люди-затворники, выбравшие для себя добровольное заточение, некие "чудики". Но никогда не задумывалась, а что их привело к этой самоизоляции. Так вот эта книга рассказывает именно об этом.

Тагути Хиро - хикикомори, молодому человеку двадцать лет и 2 года он уже совсем не выходил из дома, не разговаривал с людьми, избегает общения даже с отцом и матерью, которые живут с ним и заботятся о нем - покупают еду в супермаркете и подкладывают под дверь его комнаты. А мыться он выходит из комнаты или когда родители спят, или когда выходят из дома. Родители стыдятся такого сына перед знакомыми и соседями. Такое сосуществование тяжело для всех. Но никто уже не видит выхода из этой ситуации. И вот однажды Тагути решает все-таки выйти из своей комнаты, но по-прежнему избегая людей. Он идет в парк, садится на уединенную скамейку. Именно там он встречает человека-Галстука, как лн его прозвал. Охара Тэцу - офисный работник, 58 лет. Каждый рабочий день утром он приходит в парк в галстуке и с портфелем, в обед съдает свой ланч-бокс, а вечером идет домой.
Так встретились два одиночества. И постепенно, очень медленно, так по-японски, не нарушая личных границ становили совсем по чуть-чуть ближе.

Очень грустная, нежная и поэтичная, книга порой делает очень больно. Но она помогает понимать и чувствовать других людей, не похожих на тебя. А может быть и чем-то похожих. Ведь хикикомори бывают разные. Я поразилась чуткости автора и тому, сколько всего она смогла уместить в таком небольшом колличестве текста.

Небольшая книга с большим смыслом. Мне почему-то кажется, что написать вот такое произведение всего на сотне-другой страниц в разы сложнее, чем растянуть его на большой роман, где есть место манёвру, объяснению и оговоркам.

Очень тонкое, затрагивающее самые глубины сознательного и незаметно переходящее на уровень подсознательного, такое чтение нуждается в правильном настрое и восприятии. Оно не терпит спешки, желания побыстрее узнать, что же случится в финале. Оно достаточно медитативно и откроет все свои многочисленные острые грани вдумчивому читателю, такому, который умеет не только видеть сюжет, но и чувствовать его.

Хикикомори — люди в Японии, выбирающие добровольное затворничество в доме и не желающие иметь ничего общего с социумом и играть в его игры. В каком-то смысле эта книга о них. Но больше она всё же о другом: об одиночестве в толпе, об аутсайдерах и тех, кто просто ломается в карьерной гонке, о том, как тяжело признаться себе в том, что ты больше не актуален и готов сдаться. И ещё больше эта книга о сожалениях, которые тянуться за нами тяжёлыми цепями полжизни и мешают дышать, заставляют вздрагивать по ночам и задавать себе в миллионный раз вопрос Почему я не?..

Очень рекомендую всем ценителям тонкой и изящной прозы, за красивым фасадом которой можно и нужно обнаружить некрасивые изъяны нашего общества. Книга о всего лишь двух судьбах, в которых отражаются неудобные и сломанные жизни тысяч современных людей.