Один. Том 1

Противостояние, какое бы оно ни было, достойно уважения, а если бы вас начали ещё и изнутри подбивать, то мне бы вообще стало не интересно.

Марк замер, глядя на незнакомую девушку, которая вызвала то мистическое чувство, что делало незнакомого человека близким ещё до произношения первого слова.

Кроме масштабных и заросших развалин пугала ещё пустота окружения – складывалось впечатление, что человечество просто вымерло.

– Собаки так играют. Ну… или играли… Кинешь им мячик или ещё какой предмет, а они несутся за ним сквозь пространство и время, не замечая преград, а потом с радостной мордой, возможно даже, с собачей улыбкой и одержимостью в глазах возвращаются, прихватив тот предмет.

Мы ведём с ними игру, такую же, как и с остальными городами, и нет ничего страшного в том, что у них другой взгляд на мир.

– Но… – Марк глянул на водительское сидение и побледнел, так как за рулём никого не было. – Кто управляет машиной?!
– Я, – отозвался Николай в наушниках.
– А это нормально, что тебя нет в машине?

Сердце Марка стучало, напоминая барабанную дробь, но скорее от динамических действий, нежели от страха. С каждой минутой он ощущал себя всё сильнее и лучше, и в какой-то момент понял, что никогда он ещё не чувствовал себя настолько живым.

Человек, как и всё вокруг, – это сгустки энергии. Вы, спящие, можете ею управлять.

— Любовь – это основа для всех негативных чувств. Без неё человеку куда проще жить.

— Без неё человеку не интересно

— Такое ощущение, что у меня появилось сразу два ребёнка. Причём сразу с неприятного возраста, – сказал Пётр, оглядываясь в салон фургона.

— Куда теперь движется человечество? – спросил он.

— Сложный вопрос, – Пётр задумался. – В принципе, как и раньше – некоторые никуда, просто проживают свои дни, другие стремятся к знаниям, третьи – к власти.

«Какого чёрта тут происходит? Куда я попал? Это место… Может, это игра такая? Виртуальная реальность какая-то? Как я мог тут оказаться?»

Марк разглядел под бородой Альвиана насмешливую ухмылку. – Эмоции – загадка всего человечества, а вы мне их так открыто демонстрируете! Опрометчиво!

Кроме масштабных и заросших развалин пугала ещё пустота окружения – складывалось впечатление, что человечество просто вымерло.

Я, по крайне мере, только для того и пью, чтобы усилить свою чувствительность. Хоть на чуток.

Жизнь – это всё, – он посмотрел в темноту развалин и махнул головой вперёд: – Вот жизнь. Она не смешная, не счастливая, не плохая и не хорошая, она не поддаётся человеческим правилам и никуда не вешает ярлыки. Она просто есть. Везде.

Человек – такое же животное, сообразительное, но всё же животное. Так почему он не может убить себе подобного?

Лучше идти вперёд по дерьму, чем стоять на золоте.

Ваша жизнь не остановилась, так идите вперёд, впереди всегда лучше.

Счастье слишком могущественно, не надо за ним гнаться, оно разгромит тебя ещё в начале поисков, просто наслаждайся жизнью и, если повезёт, оно само тебя найдёт.