Цитаты из книги Moonflower Murders

Интернет - худшее, что могло случиться с детективной литературой.

Чем очевиднее ответ, тем труднее его найти.

Наверное есть что-то утешающее  в книге, где все в мире, в котором развивается действие, ну буквально все,  встаёт на свои места и ведёт вас к неприложной истине.

Не обязательно быть глубоко верующим человеком, чтобы ценить покой и умиротворение, которые обретаешь в церкви

Поверите ли вы мне, если я скажу, что какой бы скверный оборот ни приняли дела сегодня, завтра все может пойти лучше, дайте только этому завтра шанс наступить?

Прощение и милосердие - не одно и то же.

Забавно, насколько резче становятся звуки, стоит солнцу зайти.

Не обязательно быть глубоко верующим человеком, чтобы ценить покой и умиротворение, которые обретаешь в церкви...

Я точно помню момент просветления, когда роман открыл мне последний хитроумный секрет, похороненный в своем коварном сердце. Самое обидное, что правда все это время была у меня перед глазами. Но я так до конца и не поняла, почему узрела ее лишь в тот самый миг, когда сидела в своем крошечном кабинете над баром, в лучах палящего солнца.

Вот один из ярких индикаторов того, как переменился мир: никто сегодня не боится открыто выражать свою сексуальную ориентацию, за исключением, наверное, фанатичных проповедников и крупных голливудских актеров.

Оказавшись в концлагере Берген-Бельзен, Пюнд видел евреев, которые совместно молились, прося Бога спасти их от злой участи. А еще видел, как их уводят и казнят. Тогда он усвоил, причем навсегда, что если Бог есть, он предпочитает никого не слушать, и от всех в мире звезд, крестов и полумесяцев нет никакого прока.

Пюнд писал в своей книге о форме преступления, о том, как в процессе расследования обстоятельства выстраиваются таким образом, что становятся распознаваемыми с первого взгляда. Убийцей должно быть такое-то лицо, потому как только в этом случае вся конструкция обретает смысл.

Есть преступление. Есть разгадка. Задача сыщика организовать все таким образом, чтобы эти две половинки сошлись.

Но даже в модном красивом костюме, который хозяйка ему купила и обязывала надевать, когда он возил ее в город, Эрик по-прежнему оставался Увальнем. И останется им навечно.

... но для меня, боюсь, чтение и курение идут рука об руку, и, хотя я прекрасно понимаю, что это вредная привычка (курение, понятное дело), но лично мне она необходима для концентрации.

Но я никому не позволяю приближаться к себе... пока работаю. А проблема в том, что работаю я постоянно. В конце концов бедняге это надоело, и я нисколько ее не виню. Когда пишешь книгу, она становится для тебя самым главным на свете, а это далеко не все готовы принять.