A ​Court of Silver Flames

-Это дурная затея, -сказал Риз, поднимая голову.
-Замечательная фраза, - подмигнул ему Кассиан. - Ее надо написать на гербе Двора ночи.

Рис поднял голову.

— Это плохая идея.

Кассиан подмигнул.

— Это должно быть написано на гербе Ночного Двора.

Проходя мимо Азриэля, Гвин бросила на него испепеляющий взгляд.

— Увидимся завтра, Говорящий с тенями, - бросила она через плечо.

Аз смотрел ей вслед, удивленно приподняв брови. Когда он обернулся, Неста усмехнулась.

— Ты понятия не имеешь, во что только что ввязался, - сказала она. Аз наклонил голову, карие глаза сузились, когда Гвин добрался до арки.

— Помнишь, как Гвин была нацелена на ленту? - Неста подмигнула и похлопала Говорящего с тенями по плечу. — Ты-новая лента, Аз.

Но какой смысл держать руку протянутой, если до сих пор никто не пожелал протянуть свою?

— Ты такая же противная, как и говорила твоя сестра.
— Не хотелось разочаровывать.

Лучше попытаться и потерпеть неудачу, чем отказаться от попыток

В начале и в конце была темнота, и ничего больше.

В начале


И в конце


Была темнота


И ничего больше

«Чтобы ценить хорошее, нужно сталкиваться с плохим. Одни дни могут быть тяжелее других, но… я хочу ощутить их все, прожить их во всей полноте. С ними».
«Тогда живи, Неста Аркерон», – прошептал этот нежный, мудрый голос.

— Каждый заслуживает счастья. Дорога туда не из легких. Она длинная, тяжелая и часто совершенно неведома. Но ты ее преодолеешь. Потому что ты знаешь, что место назначения того стоит.

Лесть всегда помогала сглаживать острые углы.

Но он знал, что надвигается буря. Он знал, что Неста снова заговорит, и когда она заговорит, ему лучше быть готовым пережить это.

- Я буду с тобой на каждом шагу, - прошептал он ей в ладонь. - Только не запирайся от меня. Ты хочешь неделю ходить в тишине, меня это вполне устраивает...

— Я люблю тебя, Фейра.
Таких слов она никогда не произносила вслух и не обращала ни к кому.

— С возвращением ко Двору ночи, Неста Аркерон.

Выбор у меня невелик: или спокойствие, или страх и паника.

Он назвал ее своей госпожой Смертью, а сам был ее мечом.

Элайна вела себя как собака, верная любому хозяину, который накормит ее и создаст уют.

«Знаешь, парень, позволь ей копать собственную могилу, – сказала ему Амрена. – А потом протяни руку».