Цитаты из книги In Five Years

" Ты полагаешь, если у любви нет будущего, то это и не любовь вовсе, а так, одно название. Нет. Любовь не нуждается ни в каких доказательствах. Она есть, пока она есть. Здесь и сейчас. Любовь плевать хотела на будущее."

Осознавшая, что сражаться с этим врагом ей предстоит в одиночку. Что никто не придет ей на помощь. Никто не разделит ее боль. Даже я. Как бы мне хотелось кинуться на эту боль, вырвать ее из груди Беллы, но боль коварна и мгновенно воздвигает между нами стену, через которую мне не пробиться.

На всех не угодишь, как ни старайся.

Я шла по жизни и блаженно не замечала, какой всепоглощающей любовью меня окружали, как скромно вплетали в ткань моего существования эти светлые нити любви. Но вот я прозрела. И увидела их.

Совсем недавно Олдридж восхищался моей интуицией, однако я всегда считала интуитивные прозрения собачьим бредом. Что есть эти предчувствия, как не хорошо проанализированная информация? Все, что от вас требуется, – это собрать исходные данные: слова, телодвижения, окружающую обстановку, беспристрастно оценить их, как вы оценили бы работу движущегося механизма, и сделать выводы.

Подумать только – даже в столь экстраординарных обстоятельствах мы сдерживаем свои самые искренние порывы, подчиняясь установленным в обществе правилам поведения.

Я бы сравнила кабинет доктора Финки с новехоньким, до блеска отмытым паровозом, стоящим под парами. А кабинет доктора Шоу – со спальным вагоном, где предстоит коротать долгие мили предстоящего пути.

Обидно, что никто из нас не умеет готовить. Мы ведь так любим поесть.

Хорошее начало — половина дела.

Марри-Хилл не самый респектабельный район Нью-Йорка, а заполонившие его еврейские общины и выпускницы колледжей в толстовках «Пенн», толпами понаехавшие из приграничных Нью-Джерси и Коннектикута, и вовсе отпугивают от него доб­ропорядочных граждан.

— Да, – говорю я.
Он улыбается.
— Может, я все-таки для начала тебя спрошу?
Пара за соседним столиком разражается хохотом.
— Прости, – краснею я. – Да, пожалуйста, спрашивай.
— Даниэль Эшли Кохан, ты выйдешь за меня замуж?

– Как ты...?
– Не очень хорошо.
– Ну, это все-таки лучше, чем совсем плохо.

Радость. Враг всякого страдан

"...мы с ним - две параллельные прямые. Мы всегда рядом, в одной плоскости, но никогда по-настоящему не пересекаемся из страха сбить друг друга с пути. И всё вроде бы ровно и гладко: никаких треволнений, никаких накладок. Но проблема с параллельными прямыми в том, что расстояние между ними может быть в пару сантиметров, а может и в пару километров".

"Люди только и делают, что совершают невозможное. Каждый божий день! Опровергают статистические прогнозы. Сворачивают горы".

"Порой не грех и о себе подумать. Плохой подругой ты от этого не станешь. Просто никогда нельзя забывать о своих интересах".

Кожній жінці, яка коли-небудь відчувала себе зрадженою долею чи коханням. Вище носа. Це не кінець вашої історії.

Життя для Белли - це висхідний потік ескалатора.

Бытует мнение, что языки легче даются тем, у кого доминирует правое полушарие мозга, но мне кажется, это все ерунда. Я думаю, что для общения на чужом языке требуется некая раскрепощенность, свобода самовыражения, умение перевоплощаться. Способность переворошить, словно груду камней, все таящиеся в голове слова и извлечь именно те, что несут в себе сокровенный смысл.

Я люблю утро. Люблю подниматься ни свет ни заря. В раннем утре есть что-то невыразимо прекрасное, неповторимое, редкое. В такие минуты, даже не выпив первой чашки кофе, я чувствую, что могу свернуть горы. Ведь впереди целый новый день.