Цитаты из книги Ехал грека через реку

— А где остальные ваши вещи? — спросил Адам, загружая чемоданы в багажник такси.

Его любопытство было очень потешным.

— Повсюду, — ответила Ася, посмеиваясь. — Я отрицаю эпоху бездумного потребления и считаю, что человечество слишком зациклилось на бесполезных покупках. Кто все эти люди, которые покупают ваши книги, например?

— Это хорошие и добрые люди, — твердо ответил Адам, — которые обязательно попадут в рай.

Он назвал сумму. Она присвистнула.

— С проживанием, — быстро сказал Адам. — Мне очень нужна няня с проживанием. Я мотаюсь по всей стране и часто не бываю дома. Нужно с кем-то оставлять этого ребенка.

— Да вы правда в отчаянии, если готовы всучить свою дочь человеку, которого знаете десять минут.

— Я люблю борщ, — сообщил Димдим. — Он красный.

Себе Анастасия заказала огромную порцию капучино, но, сделав один глоток, вдруг скорчила жалобную мордочку и отставила его подальше.

— Не вкусно? — удивился Адам.

— Я вдруг вспомнила, что теперь мне положен кофе без кофеина. И безалкогольное пиво. И ничего сладкого, и ничего острого, и ничего жирного… — она становилась всё грустнее.

Девчонка выглянула из-за её плеча, посмотрела на отца и отрицательно покачала головой.

Ася тоже подняла голову и посмотрела на потрясенное мужское лицо.

Они были очень похожи, смуглые, с черными глазами и волосами, с явно доминирующими восточными корнями. Красивые. «Знойные, — подумалось Асе, — такое подходящее слово».

— Меня зовут Адам, — проговорил мужчина, явно раздосадованный этой нелепой ситуацией.

— Адам и Ева? — переспросила Ася. — А у вас все нормально с самооценкой.

Вся эта экстравагантность больше подошла бы подростку, а не человеку, на чьей физиономии явственно читалось «за тридцать».

Круглое и самое обычное лицо, лишенное всякой косметики или украшений, если не считать ряда колец в левом ухе. Милый гик, выгуливающий утром в парке своего ребенка.

У Евы был неординарный вкус.

Теперь осталось оторвать её от разноцветных штанов.

Их обладательница присела на корточки перед его дочерью и мягко спросила:

— Ева? Какое красивое у тебя имя. Это твой папа?

— Вот она всегда такая.

— А ты трус-белорус!

— Что такое белорус? — спросил Димдим.

— Человек, который живет в стране под названием Беларусь, — уныло призналась Ася, ожидая очередной нагоняй. И он незамедлительно последовал:

— Ты что, — с ужасом спросил Димдим, приглушая голос, — обозвала всю страну трусами?

— Ты выложил на своем канале очень пылкое обращение, призывая отказываться от школ.

— Да, — оживился Димдим, — десять новых подписчиков. Ты меня не лайкнула.

— Потому что это чушь собачья.

— Эй, — возмутился племянник, — ты не имеешь права ругать мою точку зрения! Садиковский психолог говорит, что мы должны уважать чужие странности!

Димдим был очень серьезным семилетним мальчиком.

Он не улыбался без лишнего повода.

— Ты опоздала на полторы минуты, — в его голосе не было упрека, он просто отмечал этот факт, как необычный.

— Родители еще спят? — спросила Ася, кивая на дом.

— Дрыхнут, — Димдим поднялся на ноги и зашагал в сторону калитки.