Отзывы о книге Фарфор

Тонкое что-то, хрупко неуловимое…это наше звенящее далёкое детство, наши воспоминания, наша ностальгия. «Фарфор» Юрия Каракура - это автобиография, автор из кусочков, словно из пазлов, выуженных из памяти, собирает первые годы своей жизни и фигуры тех, кто её наполнял. Бабушка маленького Юрочки, её квартира и сад, её соседки, каждая со своей историей за плечами, её подруги, каждая с драмой в сердце, её молодость, оставшаяся бусиками в шкатулке и каблучками в пакете в дальнем углу шкафа. С каждой странички на нас смотрят лица давно ушедших людей, когда-то чем-то закрепившиеся в детской памяти, и вот сейчас словно оживших под пером выросшего Юрочки. Какая-то очень тёплая и до слёз ностальгическая история про детство, наше детство, в котором были почти все те же мелочи/игрушки/бабушки, общая история и всем знакомый советско-перестроечный быт. Почти на каждой странице я внутренне восклицала и подмечала: ой, и у нас такая(ой/ое) было/сохранилось/помнилось…ой, я тоже так делала, ой, моя бабушка так говорила и т.д.!.. Очень неспешная история, скроенная из обрывков воспоминаний и историй, читается медленно, и даже если захотеть, то ускорится почти нереально, вязнешь… Местами вязнешь в какой-то чёрной печали и безысходности, обречённости, лёгкости, как ни странно, тут мало, но временами ностальгия греет, недолго, как искорка, вспыхнувшая и вот уже исчезающая. Немного смутил мат, 50/50. Местами он был к месту и я даже вспоминала соседку своей бабушки, такую же колоритную, как книжная, а местами, увы и ах, мат мешал и казался совсем инородным. Если хочется погрустить и окунуться в воспоминания, то хватайте, не раздумывая!) Тут каждый, кто старше 25-28, найдёт что-то «своё, такое же», возможно, даже уронит слезу или начнёт копаться в семейных архивах и на пыльных антресолях) Но особо повеселиться с книгой не удастся, говорю заранее;)

Осторожно, книга вызывает сильнейшую ностальгию!

Эта книга о хрупкой старости, о беззаботном детстве, о болтливых старушках, живущих по соседству, о церковном приходе на последнем этаже больницы, о несчастных случаях среди знакомых, о прогулках по лесу в поисках грибов и ягод - в общем о жизни постоянно взрослеющего ребенка, который видит мир вокруг по-своему.

Мысль книги: фарфор - очень хрупкая вещь, и если ее не беречь, в любой момент она может разрушиться, прямо как жизнь и любовь.

Автор отлично передал жизнь и быт поселка близ Москвы в начале 90-х. Он описывает свое детство и жизнь людей, которые так или иначе повлияли на него. Почти каждые выходные и каникулы мальчик Юра проводил у бабушки Гали. Это было лучшее время в его жизни. Как я его понимаю, ведь сама обожала ездить на каждые каникулы к бабушкам в деревню - непередаваемая атмосфера, почему-то там всегда было интереснее и веселее, чем в городе. Но вот одной из моих бабушек 5 лет как ни стало, поэтому временами мне тяжело было читать книгу. У нас с ней тоже были свои особые моменты и истории.

При прочтении книга вызывает совершенно разные эмоции: трепетные добрые истории с долей юмора заставляют улыбаться, вспоминать, но есть и такие, что навевают грусть, депрессивность, потому что почти в каждой главе кто-то умирает. Повествование неспешное, особой динамики нет.

Вообще, мне показалось, что мальчик ведет свой внутренний монолог, потому что для него важно запомнить каждую мелочь этого времени. Каждая история отразилась на Юре, ведь он постиг немало жизненных уроков. Книга уютная, атмосферная, многим она покажется скучноватой, но она стоит прочтения, по крайней мере, я не пожалела.

Странное. Красиво, образно даже, погружает в воспоминания о детстве, пусть они у меня не такие в основном (росла-то чуть позже, да и не пацан), и в то же время фрагментарно, киношно, будто диафильм показывают.

Вот так, детали-примечания размещаются в скобках, манера речи от этого слегка рваная:

«Бо-ло-то (словарное, большое, круглое слово) тихо лежит и потеет где-то за деревьями»

«Ведьма Настя сказала, что вчера всплакнула (равнодушные приставка и суффикс)»

«Я минут десять постоял возле Раисы Ивановны, крупной серьёзной женщины, фамилия в снегу, которая умерла (вычитание) три года назад в сентябре, стал замерзать, и бабушка послала меня в автобус, чтобы я грелся. В автобусе водитель слушал радио, некоторые песни мне нравились, ай эм ё лейдииии»

С одной стороны, фрагментарность эта действительно присуща воспоминаниям, с другой, о киношности и расстановке декораций автор и сам упоминает то и дело, особенно ближе к концу, когда буквально восстанавливает таким образом родную обстановку.

«Мне делается скучно, и трясётся в помехах изображение, вот-вот пропадёт и забудется навсегда, как я шёл той тропой».

По жанру реализм, аутофикшн и при этом, судя по некоторым намёкам и эпизодам, местами всё-таки именно фикшн, выдумка, не автобиография. Не мог мальчик видеть или знать, что там происходило, додумал, дофантазировал. В эпизоде о бабушкиной любви об этом говорится прямо, в эпизоде с Эммой Михалной и её дорогой домой из гостей угадывается.

У меня тоже в детстве была такая бабушка и её подруги, непохожие и собранные из разных сфер жизни, но тут повествование построено так, что кажется, что, кроме бабушкиного мира, у мальчика почти ничего и не было: родители где-то там, за дверью, ссорятся, иногда куда-то возят, но в целом третьестепенны.

Есть перекликающиеся эпизоды, какие-то повторы с дополнениями: вот в начале думаешь, что героев было трое, а потом оказывается, что нет, не могло здесь быть третьего в этой сцене, но не сразу, а несколько рассказов спустя. Да, само повествование выстроено очень относительно хронологически (перебои туда-сюда) и состоит из отдельных рассказов-эпизодов той или иной длины.

Много грусти и мыслей о конечности бытия и памяти, о снежинках, что не тают на щеках, об именах и людях, что канули в безвестность. Толика грубости, где понятной, а где уже избыточно неприятной мне лично, но в целом это не «Похороните меня за плинтусом», здесь мальчику хорошо, и не «Манюня» или какое-то ещё произведение о детстве, где много ровесников и всё лучится счастьем и шалостями, это скорее истории из бабушкиного серванта.

Пожалуй, лично мне нравится в этом жанре что-то более светлое или весёлое, про отношения братьев и сестёр (без постоянных напоминаний о смертях и туалетных шуточек), но чужие воспоминания такие, какие они есть. Было интересно.

Сначала была в восторге от произведения. Одну за одной выделяла цитаты, описания. Не потому что они казались мне интересными или гениальными, а потому что каждое предложение напоминало о чем-то забытом, что случалось в жизни каждого. О незначительных мелочах, которые когда-то грели душу, о деталях, которые часто остаются без внимания.

«В самом начале я иду к бабушке. Зимняя учебная суббота, всего четыре урока. На географии показывали карту звёздного со складками неба. Небо темнело у доски, но поверить в него было сложно, потому что за окном яркое солнце. И даже техничка, которая грелась у раздевалки на этом солнце, стала доброй и провожала нас ласково: «Бегите, бегите...» На улице морозно, около моего дома старается котельная, из трубы поднимается пар, не согнутый ветром. Яркая лестница в подъезде. Дома пахнет блинами, мама, нечёткая в дыму, стоит у плиты. Я поел, собрал портфель с тетрадями на выходные и пошёл к бабушке. Хотя, кажется, я не видел никакого начала. Мир задолго до меня лёг на девятиэтажки нашего посёлка и покачивался».

На полях одной из страниц написала заметку: "дети = замечать". Возможно, это искусство не связано с возрастом. Но много ли взрослых людей, которые с той же не поддельной искренностью будут цепляться за повседневность, выискивая в ней чудеса?

«Допиваем чай и идём прогуляться. Лето, десятый час. Розовея, остывает небо. Мы спускаемся мимо остановки в поле, недолго и без цели идём как будто к роднику. Вздохнув, взглянув на тонкую щёлку горизонта (что там спрятано?), на далёкие с красными огоньками вышки, поворачиваем обратно».

К сожалению, по ходу повествования воспоминания рассказчика стали восхищать все меньше. Хотелось все же какой-то целостной, уютной, доброй истории с окраской щемящей тоски по безвозвратному, а не чередующихся рассказов о ворчливых соседках бабушки главного героя.

Поймала себя на мысли, что процесс чтения книги перестал приносить удовольствие, дочитывать не стала. Так что не исключаю возможности, что книга раскрылась бы дальше.