Цитаты из книги Трещина во времени

Мы не должны придавать слишком большое значение нашим талантам! Потому что важно лишь то, как мы их используем!

– А ты откуда знаешь? – сердито спросила Мэг. – С чего ты взял, что я не тупая? Ты веришь в это, потому что меня любишь?

«У сердца свой рассудок, который рассудку недоступен».

-Вы хотите сказать, что наши жизни подобны сонетам? Строгая форма, но свобода для содержания? -Да,-кивнула миссис Что-такое,-вам задана только форма, но вы сами должны наполнить ее содержанием. И только у тебя есть право выбирать для него слова.

— А у вас самого разве не было папы? — удивилась Мэг. — Папа не нужен зачем-то. Он нужен вам просто потому, что он ваш папа!

— По-твоему, объяснить можно все и всегда? — Да. Я верю в это. Но я также думаю, что мы, люди, слишком ограниченны, а потому иногда просто не в состоянии постичь эти объяснения. Но ты ведь понимаешь, Мэг, что наша неспособность понять еще не значит, что объяснения не существует.

По-моему, это зависит от точки зрения, – сказала Мэг. – Как правило, все считают виноватой меня независимо от того, как все было на самом деле, даже если я вообще ничего не сделала. Но я жалею, что так на него набросилась. Это просто неделя выдалась ужасная. И я была ужасно злая.

Но мы помним о том, что одного нашего желания недостаточно, чтобы что-то случилось, и не поможет нам понять, как добиться того, чего мы желаем! И

— Никто не страдает в этом мире, — монотонно бубнил Чарльз Уоллес. — Здесь все довольны жизнью. — Но и никто не знает счастья, — решительно возразила Мэг. — Может быть, именно для этого и нужно испытать несчастье, чтобы понять, что значит быть счастливым. Кельвин, я хочу вернуться на Землю!

— Страх не ведом лишь глупцам

Я твердо знаю одно: не обязательно понимать, что к чему, чтобы уяснить, что происходит.

Нет, конечно, я могу существовать на общем уровне, как все, я могу опуститься до их уровня, но ведь это же не я!

Помимо скобок и очков Мэг Мурри мучают и другие проблемы: она «не такая, как все», ведет себя не так, как положено, и потому ей постоянно достается от учителей и одноклассников.

Одного нашего желания недостаточно, чтобы что-то случилось.

Единственный способ справиться с чем-то слишком тяжелым-воспринимать это немного легче.

наша неспособность понять еще не значит, что объяснения не существует

— Я управляю гипнотической машиной номер один для второго класса общеобразовательного процесса. — Но тогда что вы делаете здесь сейчас? — спросил Чарльз. — Я здесь с докладом о том, что одна из букв на моей машине западает и, пока ее как следует не смажет мастер F-класса, остается опасность дефектов в мозгах.

Всем известно, что в нашем поселке самый мощный Центральный Мыслительный Центр на планете! Мы выпускаем продукцию только самого высшего качества! Наши фабрики работают в круглосуточном режиме, и производственные линии никогда не останавливаются! А кроме того, у нас есть пять поэтов, три художника и шесть скульпторов — и все идеально настроены!

— Было бы также неплохо, если бы у Мэг исправился почерк, — добавила миссис Мурри. — Я его кое-как разбираю и то с большим трудом, но вряд ли это удается ее учителям — они просто не хотят тратить на это свое время. Собираюсь подарить ей на Рождество пишущую машинку. Это значительно упростит всем жизнь.

“In your language you have a form of poetry called the sonnet…There are fourteen lines, I believe, all in iambic pentameter. That’s a very strict rhythm or meter…And each line has to end with a rigid pattern. And if the poet does not do it exactly this way, it is not a sonnet…But within this strict form the poet has complete freedom to say whatever he wants…You’re given the form, but you have to write the sonnet yourself. What you say is completely up to you.”