Цитаты из книги Еврейская фантастика. Проходит все

Что это значит — «моя земля»? Значит ли это, что ты на этой земле родился? Или это значит, что там родились твои родители? Или это значит, что ты прожил там достаточно долго? Может быть, это означает, что в этой земле похоронены твои предки? Или что ты защищал её, поливая своей кровью?

Дай людям волю и время — и они всегда поделятся на своих и чужих.

— Скажите, — спросил он по-немецки, — может, хотя бы вы говорите на немецком языке? Врач поднял брови, но ответил, выговаривая немецкие слова так, будто сначала произносил их в уме: — Да, говорю. Вы не знаете международного английского? Можно подумать, что, если английский стал всемирным языком, его обязаны знать все десять миллиардов жителей планеты и территорий.

Он открыл глаза и увидел светло-зелёный потолок. Под потолком висела телекамера и разглядывала Баннера пристальным взглядом электронного дебила.

Я впервые задумалась: она дарила нам столько душевной теплоты, но получала ли соразмерную отдачу? Быть может, каждая бабушка грустит, что у неё больше нет собственной бабушки?

Буря за окном взяла самую высокую ноту, и окна задребезжали в овациях.

Шли громко, весело, дружно, политически значимо и по-философски содержательно.

Поэт тряхнул головой, будто освобождая в мозгу место, куда мог сложить сказанное синьором Лодовико и попытаться понять на досуге, ибо сейчас не понял ничего и не решался задать уточняющий вопрос. Боялся услышать правду. /.../ Правду можно не понять, правду можно не принять, правду можно отвергнуть. Но правду нужно услышать.