Цитаты из книги Революция

В комнате темнеет, дождь превращается в ливень, но нам все равно. Мы вместе, сидим в свете камина, мы — самодостаточный маленький мир.

Мой отец — именитый генетик. Его знает весь мир. Моя мать — потеряла рассудок.

серый мир, в котором я как-то умудрялась выживать последние два года, начал чернеть по краям.

Целая минута урока ушла безвозвратно. Шестьдесят секунд музыки, которые никогда ко мне не вернутся.

Потому что пусть всего на пару секунд, но — кому-то тоже больно. Эту пару секунд мне не так одиноко.

— Нищета, Куп. Вот чего тебе не хватает. Из нее рождается блюз. Только тебе слабо. Ты же у нас наследник акулы капитализма.

Он считает, что в ДНК кроются ответы на все вопросы жизни. Я считаю, что на главный вопрос ответа нет: как всё-таки её прожить, эту жизнь?

Я достаю из рюкзака таблетки и глотаю три штуки. Вот он, мой ответ. Закинься колёсами и забудь про ярость и тоску.

Мы сейчас не ругаемся, а когда мы не ругаемся, нам толком нечего друг другу сказать.

Вкратце, значит? Подумать только - вкратце! Это же Французская революция! Здесь не может быть никакого "вкратце"!

Мы проходили Французскую революцию в школе. А также американскую, русскую, китайскую и кубинскую. У нас в Святого Ансельма революции вообще довольно популярны. Даже малыши ходят в беретиках а-ля Че Гевара.

У меня не хватает духу признаться ему, что у меня уже был далеко не один мальчик. И что в щёчку уже давно никто не целуется. На дворе двадцать первый век - расстёгивай джинсы или закатывай губу.

- Ну почему, в одну штуку нас учат верить. - Ага. И что это за штука? - Преображающая сила искусства.

Всем надо что-то в себя влить, прежде чем переступать школьный порог. Иначе груз чужих ожиданий в два счёта раздавит нас в лепёшку.

А мир сегодня так же бессмыслен и жесток, как и вчера.

Великие люди редко бывают добры.

Нужно остерегаться показывать миру свои чувства. Ибо волки не дремлют.

... на безумие мира можно ответить лишь ещё большим безумием.

Бывает правда, которой лучше не знать.

... никто не может видеть другого человека насквозь, кроме Господа Бога.