Никого, – сказал он. – С нашего танца на холме у меня не было других женщин. Нет. Еще раньше, – он нахмурился, заглядывая в прошлое. – Вообще-то, с тех пор, как встретился с тобой. С того дня, как ты украла мое место на уроке английского до этого утра… никого, кроме тебя, не было.
– Никого? – спросила я, испытывая эгоистичное облегчение. – То есть три года – длительный срок, а между нами все закончилось не очень хорошо.
– Ничего не закончилось, – сказал он. – Никогда не заканчивалось. Просто встало на паузу. Ты никогда не переставала быть моей, Уиллоу, даже когда я был слишком занят жалостью к себе и не пытался связаться с тобой. Я даже смотреть на других женщин не мог, хоть богу известно, как мой менеджер старался.
– Ты ждал все это время? Меня?
– Я и раньше говорил тебе. Я всю жизнь ждал тебя. Больше никого нет. Не может быть никого, кроме тебя.