Рождественская песнь в прозе

Пути жизней человеческих предопределяют и конец их, – сказал Скрудж.  – Но ведь если пути изменятся, то изменится и конец.

 “Длинная цепь опоясывала его и волочилась за ним по полу на манер хвоста. Она была составлена (Скрудж отлично ее рассмотрел) из ключей, висячих замков, копилок, документов, гроссбухов и тяжелых кошельков с железными застежками.
- Я ношу цепь, которую сам сковал себе при жизни, - отвечал призрак. - Я ковал ее звено за звеном и ярд за ярдом. Я опоясался ею по доброй воле и по доброй воле ее ношу. Разве вид этой цепи не знаком тебе?”

— Ты еще можешь избежать моей участи, Эбинизер, ибо я похлопотал за тебя.

— Ты всегда был мне другом, —сказал Скрудж. —Благодарю тебя.

— Тебя посетят, —продолжал призрак, —еще три Духа.

Теперь и у Скруджа отвисла челюсть.

— Уж не об этом ли ты похлопотал, Джейкоб, не в этом ли моя надежда? —спросил он упавшим голосом.

— В этом.

— Тогда… тогда, может, лучше не надо, —сказал Скрудж.

Под кроватью — никого, в шкафу — никого, в халате, висевшем на стене и имевшем какой-то подозрительный вид, — тоже никого.

— Нуждающиеся могут обращаться туда.

— Не все это могут, а иные и не хотят—скорее умрут.

— Если они предпочитают умирать, тем лучше, — сказал Скрудж.

"Твоя мудрость подсказала тебе, что помнить о скорби, обидах и страданиях - удел всего рода людского, и что люди стали бы счастливее, если бы тягостные и печальные события не оставляли в их памяти никакого следа."

Ни к чему мир так строго не относится, как к бедности, и в то же время ничто так сурово не осуждает, как стремление к богатству.

«Ведь так отрадно порой почувствовать себя детьми! А особенно хорошо это на святках, когда мы празднуем рождение Божественного Младенца!»

Тебе ли решать, кто из людей должен жить, а кто – умереть? Быть может, ты сам в глазах небесного судии куда менее достоин жизни, нежели миллионы таких, как ребенок этого бедняка. О боже! Какая-то букашка, пристроившись на былинке, выносит приговор своим голодным собратьям за то, что их так много расплодилось и копошится в пыли!