Królestwo

— И ты… – я сглотнул, – по-твоему, ты сможешь жить с тем, что узнала?
— Рой, в детстве я жила на улице, где братья спят с сестрами, отцы насилуют дочерей. Сыновья повторяют грехи отцов и становятся отцеубийцами. Но жизнь идет дальше.

— Хм, – вздохнул я. День и так уже получился длинный. – Вообще-то, особо добрым меня никто не считает. Проблема в том, что в тебе мало что можно ненавидеть.
— Я говорила с теми, кто у тебя работает.
— Да ладно? – удивился я.
— Это маленькое местечко, – сказала Шеннон, – и я с людьми общаюсь больше, чем ты. И ты ошибаешься. Тебя считают добрым.
Я фыркнул:
— Это ты не говорила с теми, кому я зубы повыбивал.

— Вы что, решили отпраздновать, что меня за решетку упекли? – пошутил я.
— Он предупреждал, что ты так скажешь, и велел мне ответить, что он празднует твое скорое освобождение. Ему повод для праздника найти несложно.
— Это точно, – согласился я, – тут я ему тоже завидую.

— Ты взрослеешь за ночь, – сказал Курт, – потому что должен. И понимаешь, какая на нем лежала ответственность и как ты сам делал все, чтобы усложнить ему работу. Ты плевать хотел на все его советы, плевать хотел на его слова, из кожи лез, чтобы не стать таким, как он. Возможно, потому, что где-то в глубине души ты знаешь, что именно таким в конце концов и станешь. Копией отца. Потому что мы двигаемся по кругу. И придешь ты туда, откуда появился. Так со всеми бывает.

Мы сидели в помещении, похожем на камеру, которую, видимо, использовали еще и под склад, потому что вдоль стен тянулись стопки папок и документов. Похоже, те, кто сидел тут во время предварительного заключения, коротали дни, знакомясь с собственным послужным списком.

— Карл говорил, что вытащить оттуда машину невозможно. Тебе неприятно, что она там лежит?
— Нет – разве что лишний мусор.
— Нет? – Держа чашку в обеих руках, она поднесла ее ко рту и сделала маленький глоток. – Почему?
— Если бы они умерли в собственной двуспальной кровати, мы ее тоже не стали бы выбрасывать.

Спустя пару лет, вскоре после ночи, которую я называл ночью «Фритца», дядю Бернарда снова положили в больницу. Как оказалось, опухоль у него разрослась. Он рассказывал мне, как обстоят дела, а я сидел возле его кровати и ревел.
— Если грифы без спроса въезжают к тебе в дом, то дело ясное – жить тебе осталось недолго.
Грифами он называл дочь с зятем.

Сейчас сентябрь, но те, у кого дачи на самой вершине, увидели снег еще на прошлой неделе. И хотя мы не продаем шины и не предлагаем свои услуги по их замене, горожане на своих кроссоверах, бывает, заглядывают к нам и умоляют помочь. И мужчины, и женщины. Они даже простейшие действия сами не способны осуществить. Если какая-нибудь солнечная буря выведет из строя электричество, то не пройдет и недели, как все эти бедолаги вымрут.

– Именно, – сказал Карл. – В свое гнездо не срут.
– Если ты не пингвин. Они из дерьма гнезда строят.
– Да ну? – не поверил Карл.
– Дерьмо притягивает солнечный свет, топит лед, и появляется углубление – вуаля, гнездо готово. Такими же методами журналисты расширяют круг своих читателей. Средства массовой информации живут за счет притягательности дерьма.