Olive, Again

- Да, да. Конечно. Все боятся смерти.

• Все? Это правда, миссис Киттеридж? И вы боитесь смерти?

- Но эта девушка - не политика. Она - человек, который имеет полное право находиться здесь.

• Ну не нравится мне, как она выглядит, и эти тряпки, что она носит, у меня от нее мурашки по коже... И это уже политика, - добавила Бетти.

• Что ж, в моем доме ты будешь с ней вежлива, поняла?

- Но мы оба достаточно взрослые, чтобы понимать, что к чему, и это хорошо.

• Понимать что, например?
• Когда нужно заткнуться, главным образом.
• И в каких случаях вы затыкаете себе рот?- спросила Синди.

• Ну, например, когда он завтракает, я не говорю ему: "Джек, какого черта ты так громко скребешь по тарелке?"

— Употребите слово трижды, и оно ваше. — Она всегда так говорила, когда они заучивали новые слова.

Видишь ли, Синди, если тебе придется умирать, если ты и впрямь умрешь, дело в том, что… мы все отстаем от тебя всего на несколько шагов. Двадцать минут ходьбы – и мы там же, где и ты, так-то вот.

Одиночество. Ох уж это одиночество! Саднит, как волдырь на пятке.

То, что происходило в детстве, остается с людьми навсегда.

Денни быстро шагал по направлению к дому и думал: дело не в его детях, вовсе нет. Его дети в родительском доме чувствовали себя в безопасности, не то что бедная Дори. Его дети не подсели на наркоту. Что-то не так было не с ними, а с самим Денни. Убывание собственной жизни, вот что гнетёт его, и однако эта жизнь ещё не закончилась.

«Состарившись, ты становишься невидимкой. Так происходит со всеми.
И однако в некоторой степени это освобождает.»

Любовь — это не то, что делает нас счастливыми. Это то, что делает нас живыми.»

С возрастом понимаешь: всё, что казалось важным, на самом деле — нет.»

«Иногда жизнь просто проходит мимо, пока ты занят тем, что пытаешься её понять.»

«Старость — это не то, что ты чувствуешь внутри. Это то, как на тебя смотрят другие.»

When Kayley was very young she had asked her mother one day if she was pretty, and her mother said, 'Well, you're not going to win any beauty contests, but you're not going to be in a freak show either'.

Оливия подалась вперед:
– Синди Кумс, в этом мире не найдется ни одного чертова человека, у которого бы не было постыдных воспоминаний, и нам приходится с этим жить. – Она выпрямилась и скрестила ноги.

Употребите слово трижды, и оно ваше.

– Мать твою, Оливия, с тобой трудно. С тобой, на хрен, очень трудно, но, к чертям собачьим, я люблю тебя. Так что, если не возражаешь, ты не могла бы быть со мной немножко меньше Оливией, пусть даже это означает, что ты будешь немножко больше Оливией с другими людьми. Потому что я люблю тебя, и у нас мало времени.

– Вы по-прежнему навещаете вашу подругу? – спросила Кайли. – Моя умерла.

Миссис Киттеридж посмотрела на нее внимательнее.

– Сожалею. – И продолжила: – Хотя не о том, что она умерла, – какому живому существу не захочется помереть, оказавшись в таком жутком заведении. Чертовски умно поступила твоя приятельница. Моя еще жива.

Состарившись, ты становишься невидимкой. Так происходит со всеми. И однако в некоторой степени ты чувствуешь себя свободнее.

-Состарившись,-сказала Оливия,когда официантка удалилась,-ты становишься невидимкой.Так происходит со всеми.И однако в некоторой степени ты чувствуешь себя свободнее.

Дети-лишь заноза в сердце.

...даже на исповеди кое о чём стоит умолчать.