Цитаты из книги Близкие враги

Не спальня, а проходной двор. Шастают все кому не лень. Может, я хочу по всей комнате труселя раскидывать, а по причине наличия посторонних нельзя. Мало того что будут разглядывать, так ведь еще и спереть не побрезгуют. Безобразие.

Именно благими намереньями вымощена дорога в ад.

Да, вот это любовь, я понимаю. Не нравится – катись на все четыре стороны, я не против.

Какой он упырь? В этой роли ему тесновато. Зато Сатана или Антихрист – в самый раз. Если теория о переселении душ верна, то я догадываюсь кем он был в прошлой жизни. Гитлером.

– Где ты была?
– Не твоего ума дело. Я не семиклассница, опоздавшая на биологию. Пропуская этот пункт и переходим сразу к главному.

Зачастую разум диктует одно, а чувства – совершенно иное.

Ну - ну, мы ещё поглядим, чья возьмет. В случае чего буду угрожать, что труселя обратно себе заберу.

– Лапы убрал, брыкаясь, –брыкалась,  шипела я. – Иди вон к своим «красным трусам» и обнимай их сколько угодно. Помнится мне, ты еще две недели назад был от них без ума.
– Точно, трусы. – Воронцов пошарил в кармане, взял мою руку и насильно вложил в ладонь красную тряпочку, a если быть точнее, кружевные веревочки. – Держи. Я ненадолго их у тебя одолжил, но не переживай, сам не носил и даже не мерял. Клянусь.

– Марат, если ты немедленно не отойдешь, обещаю, твои детородные органы получат увечье.
– Настена, не плюй в колодец, вдруг прийдется из него испить.

Я это ты, а ты в панике. Значит мы оба туго соображаем.

Уже через секунду я села к нему на диван и тут же поняла, как змей-искуситель на Еву в райском саду смотрел.

Мать моя женщина, о чем же Воронцов думал, когда мылся? Какого черта его базука готова стрелять?!

Люди не только ради денег идут на убийство, но и во имя любви.