Stiff: The Curious Lives of Human Cadavers

Мне раньше казалось, что традиционный способ захоронения моряков выглядит неплохо. Я представляла себе солнце над океаном, бесконечную синеву. Но однажды я беседовала с Филиппом Бэкманом, и он сказал, что один из самых чистых, быстрых и экологически безвредных способов ликвидации тела состоит в том, чтобы опустить его в море у берега, где живут крабы, которые любят человеческое мясо не меньше, чем люди любят крабовое. «Они сделают дело всего за пару дней, — сказал он. — Все чисто, и все вернулось в природу». Мое восторженное отношение к похоронам в море, не говоря уже о крабовом мясе, внезапно и окончательно пропало.

Если вы действительно хотите удостовериться, что душа человека живет в его головном мозге, отрежьте человеку голову и задайте ей этот вопрос. Спрашивать нужно быстро, поскольку головной мозг, лишенный поставки крови, теряет способность работать через десять или двенадцать секунд. Кроме того, вы должны предварительно проинструктировать человека отвечать глазами, поскольку голова без легких не может набирать воздух в гортань и, следовательно, не может производить звуков. Но все это можно сделать. И вот, если вы увидите, что человек этот более или менее тот же самый, что и до отрезания головы, может быть, лишь чуточку более беспокойный, вы сможете окончательно удостовериться в том, что индивидуальность действительно заключена в мозгах.

Означает ли это, что я разрешу кому-то взорвать мою ногу после моей смерти, чтобы помочь спасти ногу солдата НАТО? Да, означает. Означает ли это, что я разрешу кому-то стрелять в мою мертвую голову нелетальными пулями, чтобы помочь предотвратить случайные смерти? Я думаю, что да. Для каких целей я бы не согласилась пожертвовать мои останки? Я знаю только один эксперимент, в котором я в качестве трупа не хотела бы участвовать. Этот специфический эксперимент не был проделан во имя науки, или образования, или спасения автомобилистов, или защиты солдат. Он был выполнен во имя религии.

The ancient Romans, Jews, and Chinese were all saliva enthusiasts, though as far as I can tell you couldn’t use your own. Treatments would specify the type of spittle required: woman spittle, newborn man-child spittle, even Imperial Saliva, Roman emperors apparently contributing to a community spittoon for the welfare of the people. Most physicians delivered the substance by eyedropper, or prescribed it as a sort of tincture, although in Li Shih-chen’s day, for cases of “nightmare due to attack by devils,” the unfortunate sufferer was treated by “quietly spitting into the face.”