«Что со мной?» — спросил я себя. Высокий хрипловатый голос Морри вернул меня к университетским годам — годам, когда я считал богатых злодеями, рубашку с галстуком — тюремной одеждой, а жизнь, лишенную свободы встать утром и лететь на мотоцикле по улицам Парижа, ветерок в лицо, или отправиться в Тибет, — отсутствием жизни как таковой. Что со мной случилось?
Случились восьмидесятые. Случились девяностые. Знакомство с болезнью и смертью, завязавшийся жирок и полысение — вот что случилось. Я обменял мечты на увесистую зарплату и даже не заметил, как это произошло.
А рядом сидел Морри, чудо времен моей юности, и я чувствовал себя так, будто просто вернулся после долгих каникул.
— Ты нашел близкого душой человека?
— Ты помогаешь людям?
— У тебя на душе хорошо?
— Ты по-настоящему человечен и добр?
Я юлил как мог, пытаясь показать Морри, что все эти годы без устали корпел над этими вопросами. Что случилось со мной?