Our Inner Ape: The Best and Worst of Human Nature

Мало того, что в каждом из нас прячется скелет — внутри нас сидит еще и обезьяна. Нидерландский ученый Франс де Вааль изучает поведение обезьян, и в этой книге развенчивает многие мифы о них и о нас.

В первую очередь это миф о «тонком налете цивилизации», под которым в человеке якобы скрывается жестокая звериная натура, и с этим ничего не поделать — мы такими созданы, мы не заточены на то, чтобы обуздывать свою агрессию.

Идею порочности человеческой природы только укрепили наблюдения над склонными к насилию шимпанзе, нашими ближайшими биологическими родственниками — совпадение человеческого генома и генома шимпанзе составляет 93,6%.

И вдруг в малодоступной местности Конго была открыта разновидность шимпанзе, получившая название бонобо, которая перевернула все эти мрачные представления.

Бонобо — истинные гедонисты, беспечные весельчаки со здоровым сексуальным аппетитом, проявляющие эмпатию и сострадание не только к собственному, но и к другим видам, умеющие договариваться и предотвращать конфликты, уживаться со своими соседями, сотрудничать и мириться, устанавливать и восстанавливать справедливость, проявлять настоящий альтруизм.

А что особенно поразило и смутило ученых мужей, считавших патриархат у человекообразных обезьян естественным явлением, так это то, что группами бонобо управляют самки.

Исследования также показали, что роль инстинктов в поведении животных не так велика, как казалось раньше, и многое зависит от полученных в течение жизни опыта и навыков, от окружения. Всё как у людей.

Самое интересное, что наблюдения обнаруживают у животных зачатки морали. Обычно мы задаемся вопросом,

«почему мы единственные, у кого есть справедливость, правосудие, политика, мораль и так далее, когда в действительности вопрос стоит совершенно иначе: из каких элементов все это строится? Каковы базовые составляющие, необходимые для возникновения справедливости, правосудия, политики, морали и так далее? Каким образом более сложное явление возникает из более простых? Как только начинаешь задумываться над этим, становится очевидным, что многие из таких элементов у нас общие с другими видами живых существ. Ничто из того, что мы делаем, не является полностью уникальным».

«Мы можем видеть зачатки этого процесса, когда в группе человекообразных обезьян одни особи улаживают отношения между другими. Они выступают посредниками в примирениях (сводят стороны вместе после ссоры) и прекращают драки, действуя беспристрастно ради установления мира в группе. Все это происходит потому, что каждый заинтересован в атмосфере сотрудничества».

В книге проводится сравнительный анализ поведения шимпанзе и бонобо по таким направлениям, как власть, секс, насилие, доброта. Свойства и проблемы человека при этом тоже проецируются, куда ж их девать. Читается все это легко и с большим интересом. Достойное чтение для тех, кто любит Даррелла и Докинза.

«Даже при том, что обстоятельства изменились – отчего сохранять мир стало гораздо труднее, чем в прежние времена, – возвращение к образу мыслей, способствовавшему взаимовыгодным межгрупповым взаимодействиям, возможно, не столь уж невероятно, как может показаться любителям подчеркивать нашу воинственную сторону. В конце концов, у нас имеется по меньшей мере столь же долгая история мирных отношений с другими группами, как и вражды с ними. В нас присутствуют обе стороны: сторона шимпанзе, мешающая устанавливать дружественные отношения между группами, и сторона бонобо, допускающая сексуальные отношения и груминг за пределами своих границ».

«Если шимпанзе — наш дьявольский лик, то бонобо, по-видимому, ангельский. Бонобо занимаются любовью, а не войной; они хиппи животного мира».

Очень познавательная и, я бы сказал, поучительная книга. Несмотря на то, что речь в ней, в основном идет о приматах, ее можно назвать «гуманистичной», ибо главн6ым объектом для сравнения остается человек. Вааль как бы исправляет свой собственный перекос труда «Политика у шимпанзе», много рассказывая о бонобо и других человекообразных безхвостных. Как политологию, так и социологию, культурологию, социальную философию нужно начинать с приматологии.  «Природа человека» - это то, чего в чистом виде не существует, ведь если есть человеческое общество, то оно связано с Культурой.  Но «природу» могут показать шимпанзе, бонобо и другие. Но все же у людей свой путь -  и в политике, и в сексе и во взаимной помощи. Мы не можем, допустим, перейти от моногамии сразу к промискуитету, подобно карликовым шимпанзе, как об этом кричали сторонники «сексуальной революции» и писали авторы дилетанской книжки «Секс на заре». Но все же диапазон наших возможностей очень велик и ключевое слово для голландского автора (*большой умница!) это - БАЛАНС. Баланс между добром и злом, эгоизмом и альтруизмом, конфликтами и сотрудничеством и пр. Все это ЕСТЬ в нашей природе и поэтому недопустимыми идеологическими крайностями следует считать не только концепции Гоббса (война всех против всех)  и Руссо (добрый дикарь), но и, например, Фридрих Август фон Хайек, ратующий за капитализм и неравенство, так же односторонен и неразумен, как и бывший российский социалист Питирим Сорокин, проповедовавший свой «альтруизм», ну, или князь Кропоткин. Ни анархия, ни муравейник нам не подходят. Коммунизм невозможен, как и крайняя степень конкуренции. Странно, к примеру, что Иван Ефремов, будучи не зашоренным гуманитарием, а ученым естественником, настаивал на «коммунизме»; но если уничтожить пресловутую «частную собственность», то сразу же будет потеряна динамика и стимулы для прогресса, а как еще при этом быть с конкуренцией за красавиц. Однако и «эгоистичные ген» Докинза, и идеология «неоконсерватизма» в духе жестокой ведьмы Тэтчер - это тоже путь в тупик, общество неравных при очень большом разрыве будет пропитано безграничной ненавистью, как в США или в олигархической рашке. Рецепты Хайека и рейганомика хороши лишь  для временного исправления социалистических перекосов.  Итак, ищем золотую середину.

Автор «внутренней обезьяны» ищет ее образ в балансе между жестоким иерархическим патриархатом шимпанзе и дружелюбный матриархатом эротоманов бонобо. Секс и власть тесно связаны, одно есть основание для другого. У шимпанзе (и мужчин) власть, в основном, открывает дорогу сексуальным возможностям, а у бонобо и женщин сексуальность дает властные возможности добиваться своего. Однако не удержусь и от ложки дегтя. Ведь если сравнить социальные нравы, царящие хотя бы у нас, то это больше напоминает поведение павианов...

Вот как быть с этим?..

Думаю, всем известна наша похожесть на человекообразных обезьян - отчасти в физиологическом смысле, отчасти в коммуникативном, отчасти в поведенческом. Никаких глубоких исследований на эту тему я не читала - знания были поверхностными. До этой исследовательской работы Франса - приматолога и профессора психологии. То есть в книге, помимо рассмотрения нас с точки зрения приматов, будет ещё сильный психологический аспект.
⠀
Со школы знаем, что определенные человекообразные обезьяны являются нашими самыми близкими родственниками. Автор рассматривает нас и их с нескольких сторон - власть, секс, насилие, доброта и двойственность натуры. Ведь внутри каждого из нас сидит та сущность, которая управляет всем тем, что мы делаем.
⠀
На примере жизни некоторых видов приматов на воле и в неволе, на основе опытов и исследований передо мной открылись абсолютно новые понимания природы человечества, правда они настолько угнетали меня, что я долго размышляла над многими словами автора. И не знала как отношусь ко всему написанному - это просто меня взорвало и породило много сомнений в том, как живу и я, и весь мир.
⠀
Мы сильно зависим от социальной жизни, от окружения, от происходящего вокруг, от своего внутреннего мира - это пугает. Это может уничтожить. Это может помочь. И снова подтвердилось то, что и так понятно - эмпатия в реалиях нынешнего мира очень важна.
⠀
Наблюдения многих лет за нашими предками может дать нам ответы на вопросы: «Что будет с нашим видом дальше? Будем ли дальше эволюционировать?» Как полагает автор - мы достигли своего пика естественного развития. Дальше - только генная инженерия, роботы и прочее. То, что мы сотворим своими руками и мозгами.
⠀
Мне стало немного страшно, я до сих пор перечитываю выделенные мной места в книге и прокручиваю в голове вопросы и тревоги. Я не знаю, что ждёт нас дальше … Книга поможет понять друг друга лучше и задуматься о будущем, а может поменяться сейчас.
⠀
Вы знаете, что я не так часто рекомендую книги. Но в этот раз возьму на себя смелость.
⠀
P.s. Мы даже не представляем насколько мы нужны нашим родственникам в природе. Огромный научный труд Франса де Вааля это подтверждает.

Очень интересная и поучительная книга!

Шимпанзе, гориллы, орангутаны – человекообразные обезьяны, которые всегда были на слуху, а вот любвеобильные обезьянки бонобо стали для меня забавным открытием))) 

Увлекательно было читать про множество схожих моментов в поведении  человека и наших ближайших родственников, да и просто про жизнь обезьян в дикой природе и зоопарках! 

Интересный раздел про иерархию. Самец (или даже самка) могут обладать большой властью в своей группе даже не будучи на самом верху иерархии, или, наоборот, быть на самой вершине, но при этом не иметь большого влияния и находится в постоянной зависимости от своей «группы поддержки».

Получается, что у обезьян есть такие же «серые кардиналы» и «свадебные генералы», как и у нас:)

Много примеров из практики автора про разрешение конфликтных ситуаций, примирение, добро и эмпатию.

«Умение и поддержание мира - это приобретаемый социальный навык, а не инстинкт. Это часть социальной культуры. Каждая группа приходит к собственному балансу между конкуренцией и кооперацией. Это так же верно для обезьян, как и для людей».

Я осталась под приятным впечатлением после прочтения, рекомендую!

Книга Франса Де Вааля произвела на меня сильное впечатление. Я купил ее после статьи автора о животном начале добра и зла в человеке, и не был разочарован.

Книга всесторонне и очень точно показывает, как наши культурные и даже религиозные установки берут свое начало именно в животной среде. Разве животное может быть добрым, разве оно может пожертвовать собой, разве любит оно? Оказывается всё это ему присуще.

Тогда, чем мы отличаемся от обезьян? Оказывается, просто длинной спектра. Мы можем быть гораздо более жестокими, чем животные, и можем быть гораздо более добродушными.

Настоящим открытием для меня стала информация, что животное способно постичь намерения другого существа, его нужды, его боль и радость. И это не рефлексы в павловском понимании, а именно эмпатия.

Очень много мы взяли у обезьян. Всем кто любит порассуждать про полигамию у животных, стоит почитать про инфантицид, и про то, почему будучи не связанными институтами семьи и брака, животные предпочитают создавать нуклиарные (где есть родители и дети) пары.

C большим удовольствием прочитал вторую для меня книгу голландско-американского приматолога, профессора психологии и ставшего одним из известных биологов мира, книги которого переведены более чем на 20 языков. Первая книга называется «Истоки морали: В поисках человеческого у приматов» (её я тоже очень вам рекомендую почитать, уже пять переизданий на русском). Вглядеться в своё эволюционное зеркало и найти там так много знакомого — это ли не ключ к пониманию нас сегодняшних, жаждущих справедливости, борющихся за власть, распределяющих ресурсы, сочувствующих и оказывающих поддержку, воюющих с "врагом"...

«Наша внутренняя обезьяна: Двойственная природа человека», Франс де Вааль, Издательство Альпина нон-фикшн, 2021

Я читал эту книгу, написанную так увлекательно, с огромным количеством примеров и историй — на основании многолетней работы приматолога де Вааля как в вальерах, так и в дикой природе, — читал и размышлял о глубоких, уходящих в наше доисторическое, генетическое прошолое истоках поведения, тех схемах, которые вписаны в психологию нас сегодняшних. Ведь у нас общее эволюционное древо с четырьмя видами больших человекообразных обезьян, это доказано нашим ДНК. Шимпанзе и бонобо образуют один род: Pan.

Человеческая линия отделилась от предка-Pan всего около 5,5 млн лет назад. Некоторые учёные даже предполагают, что люди, шимпанзе и бонобо достаточно близки, чтобы их можно было считать одним родом: Homo. И если горилла и орангутанг отделились от нас раньше, то бонобо и шимпанзе разделились примерно 2,5 млн лет назад и одинаково нам близки. У нас с ними общий предок, поэтому их так тщательно изучают. Книга посвящена больше изучению бонобо, которые так похожи внешне на нас (или мы на них?).

Автор развеивает миф о жестокости обезьян, который вошёл в нашу культуру из-за шимпанзе. Он утверждает, что если бы наука изначально столкнулась с бонобо, а не с шимпанзе, которые ведут себя агрессивно, имеют строгую иерархию и даже убивают и поедают себе подобных, у нас бы сформировалось другое мнение, а теория "обезьяны-убийцы" не захватила умы.

Книга поделена на 6 глав, четыре из которых (ВЛАСТЬ, СЕКС, НАСИЛИЕ, ДОБРОТА) составляют и передают суть исследований. Здесь автор рассматривает четыре ключевые стороны нашей природы — стремление к власти, потребность в сексе, склонность к актам насилия и проявлениям доброты. И оказывается, что эти важные и характеризующие человека и общество в целом схемы поведения — общие у нас с человекообразными обезьянами, что анализируя их, мы больше начинаем понимать самих себя.

Из части "ВЛАСТЬ. Маккиавели в нашей крови" я узнал, что

• первичнее иерархия, а равноправие появилось позже (никакого хаоса никогда не было);
• у шимпанзе правят самцы и альфа-самцы чаще сменяют друг друга
• у бонобо правят самки, их правление дольше и социальные изменения происходят реже

  В части "СЕКС. Приматы-камасутристы" я узнал о многообразии сексуальных отношений у человекообразных, что секс есть способ сгладить напряжение в группе, но, конечно, главное — продолжить род. И хотя у бонобо часто встречаются сексуальные сцены между самками или между самцами,

Автор указывает на происхождение патриархата, истоки которого в желании каждого самца сохранить накопленное за всю жизнь в нужных руках — руках его собственного потомства. Поэтому одержимость (уже у нас, людей) идеей девственности и верности становилась неизбежной. В итоге мы приходим к нуклеарной семье, так что эволюционно это стало самым оптимальным решением для выживания и продолжения рода.

В части "НАСИЛИЕ. От войны к миру" удивительно было осознать, что у нас так много общего с шимпанзе, которые тоже "дегуманизируют" врагов. И если в своих группах у них более-менее поддерживаются отношения, то для чужаков они могут быть сущими чудовищами. Одновременно бонобо демонстрируют те условия, при которых могут возникать и развиваться мирные отношения между группами (человек же превосходит обезьян и в области положительного поведения, но и в области отрицательного, в войнах и конфликтах). Интересно, что самцы шимпанзе мирятся легко в отличие от самок, они могут очень бурно враждовать и потом легко мириться, а самки могут быть невообразимо коварными и расчётливыми.

В части "ДОБРОТА. Тела с нравственными чувствами" раскрывается суть перехода от личного блага к благу группы, от эгоизма к пониманию, что есть благо для другого. Доброта — естественное чувство, а что социал-дарвинизм оказывается пустышкой. Показано, как зарождаются некие принципы морали в ходе распределения ресурсов (щедрость окупается), как у обезьян проявляется взаимопомощь, поддержка слабых, как они запоминают оказанное им добро. При этом парадоксально вот что:

⠀
Мы, люди, по сути своей двулики, словно Янус. Мы похожи и на шимпанзе с их агрессией и стремлением к иерархии, и на бонобо с их сексуальными утехами, умением примиряться... Желаем удовлетворять собственные интересы и имеем потребность ладить с другими. И то и другое важно для выживания нашего вида. Так что внутри нас пытаются ужиться сразу две внутренних обезьяны.

Замечательная книга, глубокие исследования и очень важные для нас сегодня выводы! Советую читать.

Четвертая книга, которую я читаю у автора. И осталось еще 2. К сожалению в прошлом году его не стало, поэтому новых книге не предвидится, но уже то наследие, что он оставил после себя, тот труд, которому он посвятил свою жизнь в популяризации науки, борьбы со старыми догмами, новые взгляд, подтвержденный многолетними экспериментами на науку поведения животных - уже все это делает автора бессмертным.

В издательства "Альпина" книги автора выходили не в том порядке, что он их писал и это немного сбивает с толку, когда их читаешь в хронологии нашего выхода книг. Первой книгой по-прежнему остается "Политика у шимпанзе. Власть и секс у приматов", которой у меня нет в бумаге, но есть в электронном виде. Ее я не читала, но имею о ней представление из других книг автора.

"Наша внутренняя обезьяна" - книга, вышедшая вслед за первой и я бы рекомендовала чтение с нее, т.к. на мой взгляд она слабее остальных и содержит частично переработанную информацию из первой книги и дополненную темами, которые отдельно будут глубоко раскрыты уже в последующих книгах.

О чем книга? О трех близкородственных равноудаленных видов на древе эволюции, когда то взявших начало от общего предка: человек, шимпанзе и бонобо. В е три вида имею что-то общее в поведении и что-то различное. Интересно, чело человек здесь находится по середине, а шимпанзе и бонобо - две крайние противоположности. Шипанзе - агрессоры с жёстким патриархатом, бонобо - гиперлюбвеобильны, миролюбивы, матриархат и секс для них занимает центральное место в жизни.

Автор рассматривает причины эволюционных начал агрессии, секса, морали, социального сообщества, моногамии и полигамии, гендерности, воспитания потомства, альтруизма, решению конфликтов и т.д. Все эти аспекты последовательно рассматриваются у каждого из видов в их схожести или различиях. Так же рассмотрены различные аспекты поведения и социальных взаимоотношений и некоторых других животных и других обезьян.

Книга интересная, но так как я читала уже три другие, где все эти же моменты рассмотрены более глубоко, развернуто, с большим количеством примеров, большим количеством исследований, то для меня эта книга показалась слабее. Однако для тех, кто не знаком с автором, кто уверен в том, что человек по своей природе уникален - книгу очень рекомендую! Узнаете здесь для себя много нового.

Слог де Вааля прекрасен, было безумно интересно читать. Советую!

Книга о двойственной природе человека. Всю нашу жизнь нам рассказывали про отсутствие у животных эмпатии, мышления, притворства. Нам говорили про "закон джунглей" и право сильного. Но оказывается всё, то есть вообще все наше поведение имеет вполне животную основу.  И жертвенность, и конкуренция, и желание власти, и партнёрство, и благодарность и много чего ещё присуще нам не благодаря каким-то там культурным кодам, а буквально из-за эволюционной необходимости. Особенно порадовало обнаружение у приматов теории разума (Theory of Mind). То есть возможность реконструкции состояния другого животного, его потребностей. Книга - открытие, лично для меня. Оказывается наши убеждения появились как надстройка уже имеющихся эволюционных установок. Это сильно меняет отношение ко многим вещам. Но больше всего порадовало, что эти настройки совсем не имеют однозначной природы. Оказывается (привет Гоббс) человек человеку совсем не волк. Да и волк, собака, преданная и верная.  А уж человек, обезьяна, которая если бы не умела сотрудничать, договариваться, быть терпимой, умной, доброй и жертвенной по отношению к близким, просто бы дожила до наших дней. Естественный отбор, это не только убийство слабейших, но иногда и спасение.