Timequake

Когда Элли была совсем маленькой, наш отец, архитектор, приходил в такой бурный восторг от любого ее рисунка, словно ему предъявляли творения нового Микеланджело. А ей каждый раз становилось неловко и стыдно. Она была далеко не дурочкой и могла отличить хорошее от плохого. Она понимала, что у нее нет никаких выдающихся талантов, и каждый раз, когда папа расхваливал ее посредственные рисунки, он, сам того не желая, укреплял ее в этой мысли и портил все скромное удовольствие, которое Элли, не ожидавшая от себя слишком многого, могла бы получить от самого процесса рисования.

У меня всегда были сложности с тем, как закончить рассказ, чтобы читатели остались довольны. В реальной жизни, в точности как во время повторного десятилетия после времетрясения, люди не меняются, не учатся на своих ошибках и не извиняются. Герои рассказа должны совершать как минимум два из трех перечисленных действий. В противном случае этот рассказ можно смело нести на помойку. Например, выкинуть в мусорный бак, прикованный цепью к пожарному гидранту перед зданием Американской академии искусств и литературы.

Ладно, с этим я худо-бедно справлялся. Но после того, как мои персонажи менялись, и/или чему-то учились, и/или извинялись за свои ошибки, они принимались топтаться без дела, растерянно ковыряясь в носу. Я не знаю, как четко и ясно сказать читателю, что представление закончилось.

В пору незрелой зеленой юности, когда я был неопытен и наивен в своих суждениях и вообще не просил, чтобы меня рожали, я спросил совета у своего тогдашнего литагента, который в то время работал редактором литературной рубрики в одном солидном журнале и сценарным консультантом в Голливуде. Так вот, я спросил у него, как закончить рассказ, не прикончив всех действующий лиц?

Он сказал: «Мальчик мой, нет ничего проще: Герой садится на лошадь и скачет в закат».

Спустя много лет этот человек покончит с собой, застрелится из дробовика.

Фрэнк отправился в аптеку за презервативами, а может, за жевательной резинкой, а может, за чем-то еще, и там фармацевт рассказал ему, что его шестнадцатилетняя дочь стала архитектором и собирается бросить школу, поскольку считает это пустой тратой времени. Она спроектировала игровой детский центр для бедных городских районов при помощи компьютерной программы, которую ее школа купила для вольнослушателей - тупиц, которые дальше восьмого класса ни ногой.
Программа называлась "Палладио".
Фрэнк отправился в компьютерный магазин и попросил показать ему "Палладио". Он был совершенно уверен, что с его природным талантом и образованием он уест эту программу. И прямо там, в магазине, за каких-нибудь полчаса, "Палладио" выполнил задание, которое Фрэнк ему дал, - разработал полный комплект чертежей для постройки трехэтажного автомобильного гаража в
стиле Томаса Джефферсона.
Это было самое безумное задание, которое Фрэнк только мог выдумать. Он был уверен, что "Палладио" отошлет его с его заданием к какому-нибудь
известному архитектору. Но нет! Программа выдавала одно меню за другим, запрашивая предполагаемое количество автомобилей, в каком городе будет
построен гараж - это имеет значение, поскольку в разных городах разные строительные нормы и правила, - предполагается ли держать в гараже
грузовики и так далее. Она даже спросила, какие здания окружают предполагаемое место строительства гаража - будет ли джефферсоновская
архитектура с ними гармонировать? Наконец, она поинтересовалась, не хочет ли Фрэнк получить также альтернативные проекты, скажем, в стиле Майкла Грейвса или А. М. Пея.
Она разработала схемы электропроводки и канализации, а также предложила дать примерные оценки стоимости строительства такого гаража в любой точке земного шара.
И тогда Фрэнк пошел домой и покончил с собой в первый раз.