Моя книжная каша
Meki
- 16 163 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Элегическая антиутопия, во многом предвосхитившая день сегодняшний.
Дистанционное телеобучение, спонсируемое изготовителями пищевых концентратов. Дороги вместо школ. Исчезновение книг. Римейки Шекспира и Гомера в современном антураже или в декорациях вестерна (вспомним мафиозную адаптацию "Ромео+Джульетта" с ди Каприо). Отдельные кабинки в барах (привет пандемии).
При этом оболваненное население не видит во всём происходящем проблемы, а единственная мечта – о новом автомобиле.
Главный герой, чья ностальгия по школе наложилась на кризис среднего возраста, приобретает подержанную учительницу-андроида. Духовная нищета семьи вызвала возмущение даже у андроида. Сварливая жена и агрессивный сын заставили вернуть покупку в магазин.
Я до последнего думал, что последует развод и жизнь с андроидом-интеллектуалкой. Но Янг оказался не настолько категоричен...
Сентиментально, лирично, печально.
Есть сюжетные и настроенческие переклички с намного более известной антиутопией Брэдбери , написанной четырьмя годами ранее.
Отличный финальный аккорд сборника «Стрела времени» .
На лайвлибе неожиданно много рецензий на рассказ. Больше, чем на большинство вещей в сборнике «Стрела времени» .
8(ОЧЕНЬ ХОРОШО)

Фантастический рассказ о том, каким оно будет, наше будущее. Какой будет школа через много-много лет после нас.
А никакой не будет. 1 сентября будет просто первым осенним днём. Никаких тебе белых бантов, букетов, размером с первоклассника, волнений и переживаний.
Просто потому, что давно уже перешли на дистанционное обучение. «Миром правят роботы, а не человек».
И есть в этом что-то мистическое и пророческое. Сегодня мы тоже учимся дистанционно, и работаем тоже (многие из нас). Но это, конечно, совсем другая история.
Телеобразование и телеучителя так удобны… но скорее для запудривания мозгов, а не обучения. Но кого это волнует, когда классику превратили в третьесортные сериалы.
Пожалуй, только нашего героя, который помнит ещё обучение в школе учителями. Пусть и андроидами, но всё же это было живое общение.
Ностальгия накрывает его с головой, и на таком порыве он приобретает раритет - учительницу-робота.
Вот только дома такую покупку не оценили. Им никогда не понять таинство школьной жизни.
В этом смысле наш герой и его семья обитатели разных планет.
«Нет, он не больше других ребят любил школу и сейчас понимал, что сентябрь воплощает в себе не просто учебники и юные мечтания. Этот месяц являлся символом чего-то такого, что он потерял навсегда, чего-то неопределенного, но крайне нужного ему сейчас.»

Для меня этот рассказ совсем не о будущем…совсем не фантастика…и уж точно не про роботов.
Для меня он о ностальгии.
Человек, наверное, так устроен, с возрастом он все чаще испытывает чувство тоски по прошлому, по отцветшему времени.
И чем он старше, тем чаще можно услышать из его уст слова – Ах, как же было хорошо в былые времена.
Конечно, когда ты молод - и трава зеленей, и небо голубей, и солнце светит как-то по-особому играючи.
Но никогда я не задумывалась, что сентябрь, хоть и месяц тоскливый, месяц, когда многие сожалеют о прошедшем лете, а точнее пролетевшем так же стремительно как молодость…так вот, этот самый месяц может быть символом ностальгии.
Сентябрь это возвращение памяти к школьным годам. Первое сентября – это шорох палой листвы под ногами, это портфель, пеналы, тетради и ручки…это школьные друзья…это учительница.
Герой рассказа сожалеет о прошедшем времени.
Ему нет места в мире современных технологий и потребительского мышления.
Больше всего его волнует утрата межличностных человеческих контактов.
Рассказ не о нашем времени. Ведь нас не обслуживают официантки, запрограммированные определенным образом, а наших детей не учат учителя, у которых расходуется батарея питания.
Но многие из нас считают – вчера было лучше, чем сегодня
И как хочется иметь рядом того, кто это понимает…а еще лучше напоминает тебе о былом.
Ведь в сентябре оказалось всего тридцать дней…

Нет, он не больше других ребят любил школу и сейчас понимал, что сентябрь воплощает в себе не просто учебники и юные мечтания. Этот месяц являлся символом чего-то такого, что он потерял навсегда, чего-то неопределенного, но крайне нужного ему сейчас.

- Потому, что мы живем в обесцененном мире, - ответил Денби, удивленный собственной проницательностью, - а в дешевом мире, таком, как наш, драгоценности души ничего не стоят.

Он понимал, что тут не просто тоска по прошлому, безвозвратно ушедшему, хотя тоска и играла в этом определенную роль - тоска по сентябрю, по настоящей школе.
















Другие издания


