Цитаты из книги Liebe deinen Nachsten

Чем примитивней человек, тем больше он собой доволен

Человек велик в своих крайностях. В искусстве, любви, глупости, ненависти, эгоизме и даже самопожертвовании. Но миру чаще всего не хватает золотой середины.

Благотворительность – корова, которую трудно доить, да и молока у неё мало.

Кто - то однажды сказал, бывают минуты, когда сигарета дороже любых идеалов.

Да здравствует душевная депрессия - эта сумрачная мать всякой радости жизни!

Человек велик в своих высших проявлениях. В искусстве, в любви, в глупости, в ненависти, в эгоизме и даже в самопожертвовании. Но то, что больше всего недостает нашему миру, — это известная, так сказать, средняя мера доброты.

"Когда рядом кто-то умирает, ты этого не чувствуешь. Вот в чем все горе жизни! Сострадание еще не боль. Сострадание - скрытое злорадство. Оно как вздох облегчения: ведь мучаешься-то не ты..."

Грусть иногда бывает единственным счастьем.

Чем больше пустяков считаешь везением, тем чаще тебе везёт.

Помните: привычка - ничто, импульс - всё.

После мертвого, задымленного воздуха кафе, после всей этой безрадостной атмосферы мягкий ночной ветерок подействовал на него, как вино.

— Не пытайся скрыть своей печали, мальчик, — сказал Штайнер. — Это твое право. Древние греческие герои плакали больше, чем какая-нибудь сентиментальная дура наших дней. Они знали, что этого заглушить в себе нельзя. А сейчас наш идеал — абсолютная бесчувственность статуи. Это совсем ни к чему. Грусти, давай выход чувствам, и тогда ты скорее от них избавишься. — Грусть иногда бывает единственным счастьем, — спокойно сказала Лила и налила Керну тарелку борща со сметаной.

Все быстротечно, и жизнь не вечна.

История мировой культуры - это история страданий тех людей, кто ее создавал.

Основной закон жизни: опасность обостряет чувства.

За величайшее таинство в мире! За рождение! А знаете, почему оно - таинство? Потому что потом людям всё-таки приходится умирать

Жестокий век! Мир укрепляется пушками и бомбардировщиками. Человечность - концентрационными лагерями и погромами. Мы живем в эпоху, когда все перевернуто с ног на голову. Нынче агрессор - покровитель мира, а избитый и затравленный - возмутитель общественного порядка. И подумать только - целые народы верят этому!

"Для тонущего человека важно только одно - вынырнуть на поверхность, и ему совершенно безразлично, какова окраска рыб, плавающих вокруг."

Сомнение и терпимость - это черты интеллигентных людей.

- Все в порядке? - беззвучно спросил профессор. Керн снова кивнул. - Тогда продолжим, - зашептал профессор в свою рыжую бородку. - Aller. Неправильный глагол. Je vais, tu vas, il... - Нет, - возразил Керн. - Давайте возьмем сегодня другой глагол. Как будет - любить? - Любить? "Aimer". Но это правильный глагол... - Вот поэтому мы и возьмем его, - ответил Керн.