Нареченная

Мы создаём себе врагов в голове, а потом избавляемся от них с помощью сердца.

Самое ценное, чем вы можете обладать, — это уверенность в том, что вы занимаете место в чьем-то сердце.

Мужчины сражаются в открытом поле, а женщины – прикрывшись веерами.

Некое особое образование можно получить, лишь путешествуя.

Жизнь кажется проще, когда знаешь, что сплетничают о других.

Я бы сказала, что он не может меня обжечь. Я продолжала в это верить. И если уж мне суждено было шагнуть в огонь, я разожгла бы его сама

Не сомневаюсь, слез у нее были целые реки

Брак иногда рождает проблемы, но если всегда возвращаться к его истоку, к любви, к клятвам, то все налаживается само собой.

Мое и без того разбитое сердце нашло новые способы, чтобы снова разбиться.

Я бы сказала, что он не может меня обжечь. Я продолжала в это верить. И если уж мне суждено было шагнуть в огонь, я разожгла бы его сама.

Я не была воином. Я не была картографом. Я не была очень умна или исключительно добра, я не выделялась ничем таким, что стоило бы отметить.
Я была хорошенькой. И в том не было ничего плохого, но само по себе это никакой ценности не имело. Даже я это понимала.
И все же я не желала, чтобы меня стыдили за то единственное, на что я была способна.
— Лучше быть украшением Короа, чем каким-нибудь подлецом из Изолта! — зло бросила я, высоко вскидывая голову.

Самое ценное, чем вы можете обладать, – это уверенность в том, что вы занимаете место в чьем-то сердце. И это гораздо лучше любых драгоценностей и намного лучше любых покоев.

У меня такое чувство, словно я ждал тебя несколько веков.

Холлис, даже посреди ночи вы все равно мое солнце, вы освещаете весь мой мир.

– Я рада, что вы сегодня оставили свой меч в ножнах, сэр Этан. Если бы вы еще поступили так же со своим языком, ваше общество могло бы стать куда более приемлемым.

—Наверное, глупо желать солнцу спокойной ночи, но я все равно это сделаю. Спокойной ночи, леди Холлис.

Ох эти сверкающие медовые глаза, они бы и у звезд вызвали зависть!

Тайный поцелуй прятался в моем горле, мешая вырваться наружу словам, которых от меня ожидали, тормозя те действия, которые я должна была совершить.

— Пожалуй, мне лучше вернуться, — выдохнула я.
— Да.
Но ни один из нас не тронулся с места. До тех пор, пока все не закончилось поцелуем украдкой.

Но я чувствовала себя особенной от того, как он поглаживал мою ладонь большим пальцем, словно простого прикосновения ему было недостаточно.