Академия изгнания

Уныние – кратчайший путь к поражению. Запомните это.

Не власть делает тебя мужчиной и не сила, а способность защитить и стать опорой.

Чужое веселье, когда не можешь его разделить, мгновенно превращается в самый главный раздражитель.

От прошлого у меня остались лишь имя и воспоминания, пронизанные страхом, болью и бесконечной виной за жизнь, что отняла.

Странное ощущение - в черноте ночи можно врать, не боясь быть раскрытым. Но почему-то именно в темноте делятся самыми большими секретами...

Чужое веселье, когда не можешь его разделить, мгновенно превращается в самый главный раздражитель.

Не власть делает тебя мужчиной и не сила, а способность защитить и стать опорой.

Ведь редко кто будет сражаться за нас более рьяно, чем мы сами. А чтобы спасти собственную шкуру, можно пойти на любые хитрости.

Уныние - кратчайший путь к поражению.

Но я не могла позволить такой роскоши, как жалость к себе. Она убивает вернее любого яда. Вытягивает жизненные силы медленно, но жадно, не оставляя ни капли для сопротивления. А мне нельзя опускать руки. Нельзя сдаваться. Нельзя ставить точку здесь и сейчас. Ничего не кончено, пока в груди бьется сердце.

Эйлин похожа на лучик веры, слабый и тонкий, но настоящий и искренний.

– Уныние – кратчайший путь к поражению.

Сил едва хватало на слова, а воспоминания душили болью и отчаянием. Я хотела бы забыть этот ужас как страшный сон, но уверена – такие вещи не уходят из памяти. Они остаются с нами навсегда, наносят свой уродливый отпечаток на жизнь, являются в кошмарах. А пытаясь сбежать от воспоминаний, я лишь еще прочнее привяжу их к себе.

Это очень обидно. Словно в сердце вонзили вилку и от души поковырялись в нём. Со мной уже не считались, хотя я была еще жива и мыслила как человек. Однако, судя по моей неудержимой ярости, медленно переставала им быть.

Тянуть время – опасная затея, которая может стоить очень дорого.

Да что же такое? Почему так тяжело бороться... с собой?

Сказать, что пытаюсь найти правду? Ее все здесь ищут.

Я не верю, что можно спастись, послушно вжавшись в раковину. Не верю, что выход в повиновении.

Никто не хочет заводить связи с обреченными. Такая дружба кончится по известному сценарию и оставит лишь шрам на сердце. Поэтому даже в полной людей Академии темераты чувствуют себя одинокими.

Да, хотелось бы думать, что все вокруг – злая шутка. Что я сейчас крепко зажмурюсь, а когда открою глаза, буду прежней.