Грозовой перевал

Вы слишком молоды, чтобы вам навсегда удовольствоваться одинокой жизнью.

Их-то ничто не страшит, — проворчал я, наблюдая в окно, как они приближаются. — Вдвоем они готовы пойти против сатаны со всем его воинством.

Я бродил вокруг могил под этим добрым небом; смотрел на мотыльков, носившихся в вереске и колокольчиках, прислушивался к мягкому дыханию ветра в траве - и дивился, как это вообразилось людям, что может быть немирным сон у тех, кто спит в этой мирной земле.

Он понимал, что его оскорбили, и не знал, как на это отвечать.

• Я на них поднимусь ещё только раз, - сказала больная, - и тогда ты покинешь меня, я же останусь там навсегда. Следующей весной ты снова станешь тосковать, что нет меня под этой крышей, и будешь оглядываться на прошлое и думать, что сегодня ты был счастлив."

Дурных людей наказывает Бог,а нам следует научиться прощать.

Надо думать, хватит места в доме для обеих — для вас и для вашей спеси. Тут просторно, можете располагаться, и господь бог — увы! — будет третьим в столь дурном обществе!

Я снова заключу ее в объятия! Если она холодна, я стану думать, что это холодно мне, что меня пронизывает северный ветер; и если она неподвижна, скажу, что это сон

Помните, что предательство и насилие - обоюдоострое оружие, они ранят тех, кто их использует, сильнее, чем их врагов.

Все грешники были бы в раю несчастны.

Вот бы вновь стать девчонкой, полудикой и крепкой, свободной — смеяться над ранами, не сходить из-за них с ума!

Если вам некуда девать поцелуи, подарите их Линтону: дарить их мне — значит тратить впустую.

…иногда мы питаем жалость к тем, кто не способен жалеть ни себя, ни других.

Разумному человеку достаточно общества его самого.

Моя душа в своем блаженстве убивает тело, но не находит удовлетворения для себя самой.

Рано или поздно мы непременно вспомним о себе; но только кроткий и великодушный любит самого себя с большим правом, чем властный.

Любая вещь, оставшаяся от тех, кто был нам дорог при их жизни, становится для нас бесценной реликвией.

— Но кухонный нож мне не по вкусу, мистер Хиндли, — ответила я, — им резали копченую селедку. Уж вы меня лучше пристрелите, право.

...иногда мы жалеем тех, кто не ведает пощады ни к себе, ни к другим.

провалиться по горло в снег — удовольствие, которое может оценить только тот, кто сам его испытал