Жизнь - не экзамен. Не пересдашь, не восстановишься, не поступишь на следующий год.
— Так, значит, ты злишься из-за того, что мы тут застряли? – решил вдруг уточнить Волков.
— Ну, а из-за чего еще?
— Думал, из-за Алисы.
— Мне на нее по фигу.
— Влюбилась в меня и теперь ревнуешь.
— Ой, Волков, я тебя умоляю! Все-то в него влюбляться должны… Корону поправь.
— А этот твой… Ринат. С ним, если что, пойдешь?
— Ну, не с тобой же! Все сандалии оттопчешь. Они у меня после всех приключений и так не в лучшем виде.
— Я вообще-то был королем выпускного бала. И танцевал неплохо. Мне ленту дали.
— Поверь, тебе польстили.
А за окном друг друга сменяли столбы, придорожные супермаркеты, бесконечные заправки, редкие деревеньки, желтые поля…
— Ты спишь? – шепнула я.
— Нет, – тоже шепотом ответил Богдан.
— Ты часто даришь девушкам цветы? – спросила я.
— К чему ты это? Опять про свою дрозофилу?
— Гипсофилу, – поправила я.
— Угу…
— Мне ни разу не дарили цветы.
— Какие твои годы, – сонным голосом отозвался Богдан.
— Выбрось ты эти цветы, – посоветовал Богдан. – Они уже завяли.
Я оглядела поникший букетик, который все это время крепко держала в руке, и с тяжелым вздохом положила его на песок. Ничего Богдан не понимает. Это первый букет от парня. От любимого парня.
По заросшей лесной дороге мы вышли к нескольким палаткам. Еще издалека заметили, как блики костра плясали меж темных сосен. У огня грелись две девушки и три парня. В котелке бурлила уха, в костре уютно потрескивали сучья. Никаких поводов для тревоги я не почувствовала. Наоборот, вдруг ощутила себя как дома. Будто темный лес, палатки и эти незнакомые ребята и были финальной точкой нашего долгого утомительного путешествия.