
Люблю я Хмелевскую . Это тот случай, когда не соскучишься. С ее книгами можно посмеяться от души, насладиться веселой взбалмошностью, ощутить прилив энергии от харизматичных героинь. Здесь все играет яркими красками и развивается страшными темпами - ведь неутомимость и энтузиазм - визитная карточка пани Иоанны. Эта потрясающая женщина способна перевернуть вверх дном всю Польшу, от Варшавы до Кракова, свести с ума полицию и организовать многочисленных подруг в попытке задержать злоумышленников голыми руками.
Компанию ей составляет старый знакомый Роберт Гурский. Парню уже давно не везет - природная честность никак не дает ему сделать карьеру в полиции, насквозь коррумпированной и склонной к умалчиванию фактов. Но тандем с героиней сулит новые возможности. Впрочем, как и головную боль. И они выходят на тропу войны.
В доме пана Теодора найден труп. И не чей-то там, а Министра. Для простоты восприятия назовем его... Тупень (уж поверьте, он заслуживает это прозвище). Стукнули бедолагу не молоточком по темечку, а куском розового кварца в форме лошади, который нежно любит и оберегает хозяин дома. Но как же оказался убитый здесь? Возможно, что-то искал... Уж пани Иоанна в курсе - сама же и придумала сложную схему махинаций на скачках и запихнула все сопутствующие бумаженции в мусорный пакет. Но это полиции знать ни к чему...
А вот у пана Теодора личная жизнь прямо бурлит. Никак он не может развестись с Бледной холерой. Дамочка уж больно капризная, стервозная. И как деньги любит... Постой, постой... А вот и свет в конце туннеля. И завертелась очередная свистопляска - вывести паскудницу на чистую воду. Подруги тут как тут, рады стараться - у всех зуб на эту примадонну. У Гурского глаз дергается, но по следу идет.
Чем все закончилось, читайте сами. Скажу только, что в этот раз роман оказался слабеньким по части детективной линии. Не хватило динамичности, хотя Хмелевская с завидной энергией моталась по всему городу, но вот преступница подкачала. Не увидела я в ней экспрессии. И скандалы она устраивала слабенькие. Нет, чтобы вазу разбить, или лицо оцарапать - никакой фантазии у человека.





