Королева искр

Люди боятся того, чего не понимают, а во времена, подобные нынешним, страх может привести к опасным решениям.

Это война. Ты ударила первой, я ударила наилучшим образом.

Я и есть мой дом.

Предпочту быть слишком осторожной, чем хотя бы немного беспечной.

Я всегда предпочту честность слепому оптимизму.

Я познала могущество - настоящее могущество, - и оно не достигается через получение одобрения от остальных. Единственная мощь, которая имеет значение, когда ты именно та, кто выносит одобрения, принимает решения. Такого рода могущество, которое приходит, когда тебя боятся, а не любят.

Это всего лишь слова. Они не сделают ничего.

Ненависть не наследуют - ей учатся.

Нам нужно лишь спастись, так мы сможем победить в другой день. Иногда одного выживания достаточно.

Some wounds you don't want to heal all the way. Some wounds you want to leave a scar.

— Нет ничего постыдного в том, чтобы сломаться, — говорю я ему. — Боги свидетели, я достаточно часто сдавалась сама. Ты просто должен снова собраться с силами после этого.

Люди боятся того, чего не понимают, а во времена, подобные нынешним, страх может привести к опасным решениям

Яна кребести

Я умерла как королева мирных времен, и мир умер со мной, — говорила мне моя мама. — Но ты — Королева пламени и ярости, и ты спалишь их мир дотла.

- У вас есть шпионы?
- Наши шпионы или её? - уточняет Артемизия. - У нас есть и те и другие.

Это тернистая тропа, которую нисполали тебе боги, но они никогда не возложили бы на тебя больше, чем ты в состоянии вынести.

The anger is always going to be there, but you can give it a direction and a purpose and turn it into something good.

I remember how my mother had no shame in crying when it was necessary. She never saw it as a weakness; rather, she believed it a strength to bear one’s soul.

Посвящается всем девушкам, которые никогда не чувствовали в себе достаточно сил, чтобы стать героинями своих их собственных историй.
Но именно  таковыми вы и являетесь!

<... >, но некоторые люди имеют способность перевернуть твою душу. И когда они уходят, то остаëтся пустота, которую ты не в состоянии ничем заполнить, — поясняет он, прежде чем поднять глаза на меня.