The Hunter

– Ты прекратишь все контакты с ней. Навсегда.
Последнее слово повисло между нами как бомба замедленного действия. Навсегда – это слишком уж долго. На час? Такой вариант более реален.

– Можно я сыграю с тобой в Кристиана Грея[84] и приглашу в путешествие на моем частном самолете? – Я сверкнул белозубой улыбкой.
– Пожалуй. Только без БДСМ.
– Фу. С тобой никакого веселья.
– Тогда пригласи кого-нибудь другого, – рассмеялась Сейлор.

– О боже, – простонала я.
– Слушаю, – сказал Хантер в меня. – Чем могу помочь?
– Мы с моим парнем ведем самые непристойные разговоры о сексе. Не знаю, что мне с ним делать.

Ни одна другая девушка в мире не могла пробудить во мне то, что пробуждала Сейлор, когда я смотрел на нее.

– Я так сильно тебя люблю, Хантер. Меня пугает, как далеко я готова зайти, чтобы спасти тебя.
– Как бы далеко это ни было, знай, что ради тебя я пойду еще дальше.

– Ты сказала, что я никогда не хотел тебя, но правда в том, что я никогда не хотел никого, кроме тебя. Не особо. Но я не осознавал этого, пока ты не ушла, и тогда я впервые в жизни не мог ни есть, ни спать, ни дышать. Я вижу тебя, aingeal dian, даже когда ты пытаешься спрятаться. Особенно когда ты пытаешься спрятаться. Я не могу выбросить тебя из головы.

– Иди ты к черту, Киллиан. – Я провел рукой по волосам.
– Я уже там. Это называется жизнью.

– И ты провернул, причем своевременно. К счастью, у тебя никогда не было проблем с тем, чтобы среагировать вовремя, судя по отсутствию молодых мамочек на пороге нашего дома.

– Я не твой сын. Может быть, я и тупой красавчик, но, черт подери, я правда красавчик. А ты похож на Гаргамеля.

Сделав вид, что смахиваю воображаемую слезу с глаз, я задал следующий вопрос:
– А ты расскажешь мне про пестики и тычинки? До меня доходили слухи, папочка, но неужели мальчики правда делают это с девочками? На слух это так… больно.

Сделав вид, что смахиваю воображаемую слезу с глаз, я задал следующий вопрос:
– А ты расскажешь мне про пестики и тычинки? До меня доходили слухи, папочка, но неужели мальчики правда делают это с девочками? На слух это так… больно.
Он отпрянул и всмотрелся в мое лицо.
Я расхохотался.
– Тьфу. – Я оттолкнул его. – Завязывай на хрен. Я не твой сын. Может быть, я и тупой красавчик, но, черт подери, я правда красавчик. А ты похож на Гаргамеля.

– Ты помог мне прижать Лану. Позволь помочь тебе взять Силли.
Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
– Можешь еще раз сказать «взять», пожалуйста? А именно, «возьми меня, Хантер». Ты, в общем-то, и так уже произнесла все эти слова, просто не в той последовательности.

– Ты жив, – заметил отец весьма недовольным тоном и продолжил что-то читать в лежащем на столе айпаде, вскинув брови.
– Не стоит так сильно расстраиваться.

– Я достал телефон из кармана и сунул один беспроводной наушник ей в ухо, водя пальцем по экрану в поисках нужной записи.
– Какая гадость. Мне не нужна твоя ушная сера в организме.
– Я засовывал в тебя кое-что похуже, и непохоже, чтобы это вызывало у тебя отвращение. – Я насмешливо оскалил зубы.

Разрушить все для Хантера означало бы разрушить все и для самой себя.
Я не хотела брать на себя ответственность за его загубленную жизнь, даже если он разрушил мою.

Мир суров, жесток и зачастую несправедлив. Наша задача – найти способ ориентироваться в нем.

– Призраки? Кровь? Убийства? Вон женился бы в этом месте, – сказал Найт, и Луна с Хантером рассмеялись.

– Я не люблю проверки, – процедил я.
– А я не люблю налоги, – парировал он. – Но угадай, чем я занят каждый год пятнадцатого апреля? Дам подсказку: точно не пятью калифорнийскими черлидершами на ковре за четырнадцать тысяч в доме своего друга.

– Господи, – простонала я. – Как это случилось?
– Это гипотетический вопрос или дать тебе развернутый, пошлый ответ? – прошептал Хантер мне на ухо.