Мёртвый месяц

— Пришли, – обронил Шева.
Он поставил фонарь возле неприметной могилы: ни ограды, ни памятника. Небольшой бугорок, почти слившийся с землей. Сувор огляделся: похоже, это старая часть кладбища: могилы заросли бурьяном, краска с оград облезла. Хотя он до этого не присматривался: может, здесь везде так – в этом тумане ни хрена не видно. Шева с умным видом обшарил окрестности. При этом вел себя странно: то встанет и начнет носом шевелить, как ищейка, – принюхивается. А то замрет и не шевелится, прислушивается к чему-то. Сувору стало неприятно: в Шеве проступило что-то нечеловеческое, животное. Какой-то изъян. Может, уронили его при рождении, а врачу показать забыли?

Крыс не было слышно, они поспешили убраться от того, кто вызывал первобытный ужас у Кости. Забились в свои длинные норы, залезли в буфет, наполнили собой комод. Костя бежал так, как никогда на уроках физкультуры, которые у них вела мужеподобная Татьяна Алексеевна по прозвищу Шкаф. Шкаф ненавидела весь мужской пол и особенно измывалась над ребятами на своих уроках, заставляя заниматься по полной программе. Тем, кто не справлялся, она давала обидные прозвища. Ребята платили ей взаимной нелюбовью, но сейчас Костя был благодарен Шкафу – если бы не она, он давно бы сдулся, и тот, с моторчиком, уже настиг бы его.

— А жизнь-то налаживается, – Костя хлопнул Даню по плечу, за что сразу получил шуточный хук в солнечное сплетение.
Он упал на чистые дорожки и притворился потерявшим сознание.
— Что у вас происходит? – подтянулись девчонки.
— Плохо стало, – на голубом глазу соврал Даня. – Надо искусственно дыхание делать, рот в рот, но мы с Никитой стесняемся. Придется кому-то из вас.
Нина уже просекла, что Даня прикалывается, и лишь приподняла левую бровь. Оля испуганно дернулась к Косте, но все испортил Никита.
— Он шутит, – сообщил тот и почему-то покраснел.
Костя уже поднимался с пола.
— Актеры погорелого театра, – подытожила Тина. – Во ВГИК бы вас не приняли.

Даня пробрался к кондуктору и попросил предупредить об остановке. Тина уже отвернулась к окну. Вот и ладно. Вообще непонятно, зачем Оля взяла ее с собой? С таким характером надо дома сидеть, а не портить настроение остальным. Даня не удержался и потрогал Олю за нос: теплый. Какая же она уютная. Чуть пухленькая – в самую меру, на щеках ямочки, вздернутый нос, серо-голубые глаза, светлые волосы, которые выбиваются из-под шапки. И красивая – безо всякой косметики.
— Эй, ребята, мимо не проедьте, – окликнула их кондуктор.

— Так, – скомандовала Нина, – Вы двое на колонку за водой.
— Зачем? – удивился Никита. – Мы же с собой привезли.
Нина посмотрела на него, как на тяжелобольного.
— А уборку делать не надо? Вы собираетесь в грязи жить?
Никита чуть не застонал. И стоило из дома уезжать, чтобы и здесь столкнуться с нравоучениями? Но спорить смысла не было: Нина вручила им ведра.
Колонка работала. Никита дернул за ручку, и полилась вода, ледяная. Он не удержался и брызнул на друга, после чего пришлось прерваться и срочно убегать. Вернулись разгоряченные, но Нина велела ставить ведра на печь и тут же дала охапку половиков, мол, идите выбивайте. Костя расстелил дорожки на снегу, а Никита принялся стучать по ним хлопалкой, поднялась пыль. Вскоре снег вокруг посерел, а друзья расчихались.
— Вот так люди все портят, – философски заметил Костя. – «Серый снег, бурый лед на потрескавшейся земле», – переиначил он известную песню.
— Да ладно, – не согласился Никита, – пыль и без людей образуется.
— Но больше всего от человеческой кожи. Прикинь, мы дышим кожей твоей умершей прабабки. Заразимся через нее, состаримся и умрем!
Они рассмеялись.

Перед поездкой бабушка вручила Никите гостинцы для оставшихся в деревне жителей, наказав внуку передать от нее привет.
Он не спорил: надо – так надо. Младший брат на месте Никиты начал бы страдать, что у него много важных дел, да кому это нужно и все в том же духе, теряя из-за нытья еще больше времени. И все это вместо того, чтобы потратить от силы полчаса-час, пока топится печь в прабабкином доме. Сам Никита крепко запомнил то, что сказал отец: один из основных навыков человечества – умение общаться, заводить друзей. Можно быть семи пядей во лбу, но без связей и помощи своих ничего не добьешься. Никита был с отцом согласен, он и сам поддерживал со всеми хорошие отношения – так проще. А потому его чаще других из класса приглашали на дни рождения и праздники.