В городском правлении не имелось отдела коммунальных служб, поскольку в ведении города не было ни водоснабжения, ни газопровода, ни канализации, ни электричества. Линии электропередачи спускались к городу по широкой просеке, проложенной через лесные массивы на холмах, и одна из опор стояла совсем близко к Марстен-Хаусу, охраняя его, будто инопланетный часовой.

Джерусалемс-Лот был образован в 1765 году, за целых пятьдесят пять лет до Миссурийского компромисса, по которому штат Миссури был принят в Союз как рабовладельческий, а штат Мэн – как свободный.

– Он на днях наведывался к Марстен-Хаусу и разглядывал его. Со странным выражением лица.
– Странным? Это каким?
– Просто странным! – Паркинс достал пачку сигарет. Солнце приятно ласкало лицо. – А потом отправился к Ларри Крокетту. Хотел снять дом.
– Дом Марстена?
– Да.
– Он что – псих?
– Кто его знает?!

Бен направился по Джойнтер-авеню и на углу Брок-стрит задержался, чтобы еще раз бросить взгляд на Марстен-Хаус. Он вспомнил, как большой лесной пожар 1951 года дошел до самого дома, но потом вдруг ветер переменился.
Может, ему следовало сгореть, подумал Бен. Может, так было бы лучше.

– Да, – подтвердил Бен и, повернувшись, впервые открыто посмотрел на нее. Очень миловидное лицо с открытым взглядом голубых глаз и чистым высоким загорелым лбом.

– А я родилась как раз в тот год, когда случился большой пожар, – сказала Сьюзен. – Самое важное событие, произошедшее в этом городе, я благополучно проспала!

Детей в городе нет, а есть только брошенные дома, пустые магазины, заросшие лужайки газонов и безлюдные улицы.

В Америке пропавшие без вести – такая же обычная вещь, как и вишневый пирог. Мы живем на колесах. Люди ищут, где лучше, и снимаются с мест каждые два-три года.

Здравомыслие не исключает безумия.

"Но просто диву даешься, как свирепо сознание может стараться вычеркнуть то, что ему не нравится или кажется угрожающим"

«— Вы очень точно выразились. Почти пятьдесят лет дом Марстена взирает на нас сверху — на наши мелкие грешки, провинности, обманы. Как идол».

Город просыпается быстро - работа ждать не будет. Хотя солнце еще не показалось и землю окутывает тьма, город уже начинает свой новый день.

Жизнь в городе,по сути , является ежедневным половым актом, совершаемым на людях, причем настолько совершенным, что по сравнению с ним ночное общение с женой на скрипучей кровати кажется простым рукопожатием.

Вот в чем была ценность умения не плакать. Со слезами, как с мочей, все уходило в никуда.

If you like another man and you are honest, you speak freely, discuss women over beer, shoot the shit about politics. But no matter how deep the potential liking, it is impossible to open up completely to a man who is dangling your daughter’s potential defloration between his legs. He reflected that after marriage the possible had become the actual and could you become complete friends with the man who was banging your daughter night after night? There might be a moral there, but he doubted it.

Обязательно, констебль Гиллеспи. Ciao.

– Чаю? – изумленно обернулся Паркинс.

Улыбка Стрейкера стала еще шире.

– До свидания, констебль Гиллеспи. «Ciao» по-итальянски означает «до свидания».

Без веры крест - всего лишь кусок дерева, а Святые Дары - испечённая из муки лепёшка и перебродивший сок винограда.