Landline

Боже милосердный и свита ангелов на тысяче велосипедов!

Пока однажды не прекратила дожидаться.

Возможно, кто-нибудь посчитал бы их слова о любви повседневной банальностью. Но для них эти слова были паролем безопасности. Доказательством того, что они по-прежнему одно целое.

Я люблю тебя больше, чем ненавижу все остальное.

Нил смеялся не тогда, когда читал или слышал что-то остроумное. Он смеялся, когда был счаслив.

Позвони мне раньше, чем почувствуешь, что надо позвонить

- Все хорошее достается нелегко...

"Сейчас развод представлялся Джорджи чем то вроде операционной, где они с Нилом лежат на операционных столах, каждый на своем, а команда врачей разъединяет их сосуды, успевшие стать одной системой. "

– Это похоже… похоже на перебрасывание мяча. Вы надеетесь, что сумеете удержать мяч в воздухе и он не упадет. Это никак не связано с тем, любите вы друг друга или нет. Если бы не любили, то не стали бы и играть в эту дурацкую игру. Но раз вы любите друг друга, вы надеетесь, что сумеете удержать мяч в игре.
– Мяч – это метафора. Что она обозначает?
– Не знаю, – пожала плечами Джорджи. – Отношения. Брак.

- Моя мать - извращенка. Ее раскованность граничит с распущенностью.

• А может, она просто влюбилась.

– Шанс чувствовать себя живой. Быть… Хизер, забудь все, что я тебе раньше говорила. Счастье стоит риска. Думаешь, я бы сейчас не рискнула всем, чтобы увидеть Нила на пороге? Так в жизни и бывает. Ты рискуешь всем. И продолжаешь надеяться, что сможешь
его удержать.

Как могли у нее возникнуть сомнения в его любви? Нил много чего умел делать превосходно, но превосходнее всего – любить ее.

Ты встречаешь человека, влюбляешься в него и надеешься, что он и есть тот, с кем ты можешь вместе идти по жизни.

— Можно. – Он почти улыбнулся. – Я и все остальное тоже не люблю.
Джорджи засмеялась.
Нил добавил еще одно облачко с надписью: «Почти все остальное».

— Ты бы даже не знал, что это я.
— Знал бы.
— Каким образом?
Нил мельком взглянул на нее и снова склонился над комиксом:
— Твое присутствие сразу ощущается. Оно у тебя заметное.

— Только одно маленькое добавление.
— Ладно. Но только одно.
— Я стану лучше.
— Мы оба станем.
— Я приложу больше усилий.
— Я тебе верю.
Она держала его лицо в своих ладонях и погружалась в его глаза, пытаясь влить туда огонь.
— Отныне и навсегда, Нил.