Троица. Будь больше самого себя

Сами по себе эти дорожки могут быть в вашей дефолт-системе очень хорошими, но проблема в том, что они те же самые.

То есть вы, сами того не понимая, постоян­но воспроизводите одни и те же схемы, ин­теллектуальные автоматизмы. Как говорили когда-то о советской промышленности - что бы она ни выпускала, всегда получается ав­томат Калашникова.

Думаете не вы, думает ваш мозг - эта чёрто­ва ДСМ. Нельзя решить и начать «думать по- другому». Хотя, конечно, заявить о решении можно, но вот думать по-другому у вас всё равно не получится.

Проще говоря, вам необходим собеседник - человек, который думает не так, как вы. И только пытаясь понять, как думает он, как думаете вы, и в чём разница, вы создаёте в своей дефолт-системе новые сборки, интел­лектуальные объекты нового типа.

Поэтому ещё один и, быть может, самый важный смысл моего подзаголовка к «Тро­ице»: быть больше самого себя - это не быть одному.

Ум - это социальная штука, так что вы не можете натренировать его, когда разгова­риваете сами с собой. Да, виртуальные собе­седники, типа меня - это неплохое развле­чение для ума, но этого, к сожалению, недос­таточно.

Если вы где-то поняли меня неправильно, я не смогу вас поправить; если же вы обна­ружили что-то, что вам непонятно в моём тексте, вы не сможете задать мне уточня­ющий вопрос.

В этом, возможно, главная загвоздка мыш­ления: оно, вроде бы, наше, происходит исключительно внутри нас, но для того, чтобы оно продвигалось, нужно, чтобы с нами кто-то разговаривал - какой-то дру­гой человек.

Понимаю, что этот тезис контринтуитивен. Нам кажется, что мы думаем «сами по себе», но если вы внимательно рассмотрите все на­учные факты, изложенные в «Красной таб­летке», «Чертогах разума», а теперь, наконец, и в «Троице», то вы увидите, что такое мы­шление невозможно.

Даже если вы ответственно занимаетесь ка- ким-то серьёзным делом, научным проектом и т.д., и т.п., вы всё равно будете ходить по тем же дорожкам, которые уже однажды бы­ли протоптаны в вашей дефолт-системе моз­га.

Сами по себе эти дорожки могут быть в вашей дефолт-системе очень хорошими, но проблема в том, что они те же самые.

В любом случае, вы всегда имеете три этих контура взаимодействуя с любым объектом реальности, и вы должны об этом помнить: есть сущность (что это?), есть закономер­ность (как это?) и внешний вид (что это для меня?). И через это «что» внешний контур замыкается на внутренний.

Всё и всегда так. Вот, например, у этой кни­ги есть «сущность» - нечто в ней, что опре­деляет её индивидуальное существование. В книге есть и «структура» - набор фактов, собранных опредёленным образом в конс­трукт из закономерностей.

Наконец, есть то, каким образом я пытался сделать её интересной для вас, есть вы, и то, какой эта книга вам показалась: понрави­лась она вам или нет, показалась полезной, или скучной, глупой и «многабукв».

Итак, всё и всегда связано одно с другим, но связано не линейно, а взаимно, как бы на разных уровнях организации, о чём нас,соб­ственно, и предупреждает Людвиг Витген­штейн в цитате из «Философских исследо­ваний», которую я использовал в качестве эпиграфа к «заключению»: «возможно, мы видим перед собой прямую улицу, однако не можем ею воспользоваться, потому что она постоянно перекрыта».

Чтобы понять, есть ли в вас «рефлектор» (а точнее - насколько сильно он в вас выра­жен), попытайтесь ответить на вопрос - мо­жете ли вы увидеть придуманную вами ис­торию?

Не просто придумать и сказать, в чём её суть, не просто увидеть в ней рациональное основание и развитие сюжета, а именно уви­деть - в картинках, с эмоциональной окрас­кой, в декорациях, с действующими лицами, которые буквально что-то говорят или дела­ют у вас в голове.

Если да, то, скорее всего, ваше мышление в значительной степени - мышление «реф­лектора».

Субъективность подхода «рефлектора», ко­нечно, является существенным недостатком этого типа мышления:

• ему трудно заинтересоваться чем-то, если его это «не впечатляет» (то есть, нет тут любопытства «конструктора» и социальной ответственности за де­ло «центриста»);

• он теряет интерес, когда нужно пере­ходить от действий в моменте («здесь и сейчас») к системной и долгосроч­ной деятельности;

• наконец, он иногда слишком всё за­цикливает на себе - насколько то или иное дело лично ему может быть по­лезно, нравится оно ему или нет, как он в нём выглядит со стороны и т.д., и т.п.

С другой стороны, в этом «субъективизме» мышления «рефлектора» и заключено его основное достоинство.

• Во-первых, «рефлектор» всегда ви­дит цель (если, конечно, он к ней и в самом деле движется, она его ворожит, если он, так сказать, её хо­чет, в неё влюблён).

«Конструктор», например, может на­столько увлечься своей конструкци­ей и выстраиванием мыслей, что со­вершенно забывает о том, что у это­го его занятия была какая-то изна­чальная цель и было бы вообще-то не­плохо получить искомый результат. Как следствие, получается много дея­тельности ради деятельности, а вот выхлоп может оказаться сомнитель­ным.

«Центристу» же, в отличии от «реф­лектора», часто неловко иметь «свою цель». Он, как существо глубоко со­циальное, очень волнуется, чтобы цель была «общей», или даже просто «для других людей» (это даёт ему ощу­щение, что он имеет право быть в соответствующей стае, заслужил его).

В результате «центрист», зачастую, сам себя опутывает бесконечными социальными обязательствами, ждёт благодарности (хотя ему её никто и не обещал), и расстраивается, что «забывает о себе». Хотя, на самом деле, он о себе не забывает, а просто преследует как бы косвенную цель - улучшить к себе отношение у членов соответствующей группы.

С «рефлектором» такого не случа­ется - он если он что-то делает, он знает, что он делает, а главное за­чем он это делает, и как сделать так, чтобы побыстрее добраться к цели. Так что, он не против, если предста­вится такая возможность, и лишние углы срезать, и «ход конём» исполь­зовать.

• Во-вторых, «рефлектор» никогда не теряет связи с реальностью - он не уходит в абстрактные рассуждения как «конструктор», и не ищет в ней «сущностей», которых там нет.

Ирония в том, именно «рефлекто­ры», как правило, производят впечат­ление предельно далёких от реаль­ности. Окружающим может казать­ся, что они постоянно витают в об­лаках (что правда, но об этом поз­же), а ещё совершенно не думают о будущем (и это тоже так).

Всё дело в том, что хотя «рефлектор» и находится всегда на острие жизни, но это острие его жизни, а не то, как её - эту его жизнь - представляет себе кто-то другой, со стороны. Он чувствует, переживает, реагирует на всё, что происходит.

Да, он делает это по-своему, да, это соответствует только его целям, опы­там, мировосприятию, потребностям, интересам и т.д., но это именно связь с реальностью, с тем, что происходит на самом деле - чувствование её (пусть и лишь в отдельных фрагментах, мо­ментах, аспектах).

У «рефлектора» нет долгосрочных планов, его план - произвести эф­фект, впечатлить, озадачить, застать врасплох. А если у него не получает­ся, то он страдает, мучается, жизнь становится ему невыносима.

Если же он и вовсе терпит поражение (как ему кажется, по крайней мере, и пусть лишь по какому-то частному моменту), то и свести счёты с жиз­нью хочет немедленно. Впрочем и к счастью, он, как правило, всегда находит возможность вывернуться и снова найти в реальности цели, ради которых он будет жить дальше.

Да, «рефлектор» не стратег, поэто­му часто оказывается в затруднитель­ном положении (в неловких и кон­фликтных ситуациях), из которого, впрочем, всегда находит способ вы­путаться, зачастую - тем самым «хо­дом конём», или даже перевернув дос­ку верх дном.

Но в том-то всё и дело, что ему почти всегда это удаётся! И удаётся именно потому, что он не покидает, так ска­зать, пределов реальности (даже окон­чательно, казалось бы, улетая в об­лака).

Он не будет тонуть под тяжестью сво­ей конструкции, как, бывает, случа­ется с «конструктором», он не будет стоять на капитанском мостике то­нущего корабля, потому что это «его ответственность», как это сделал бы «центрист». Он найдёт способ вы­крутиться.

Таким образом, связь с реальностью является, как это не странно, в слу­чае с «рефлектором» обратной сто­роной его субъективизма.

• Наконец, в-третьих, связь с реаль­ностью делает «рефлектора» неве­роятно чувствительным к деталям, к нюансам, к оттенкам и качествам.

Специфическое вйдение «центрис­та» зашорено обнаруживаемой им «сущностью». Даже отсутствуя, даже будучи выдуманной и привнесенной в реальность, она всё равно умудря­ется диктовать ему то, как надо вос­принимать реальность, относиться к ней, понимать и интерпретировать её.

Специфическое вйдение «конструк­тора», в принципе, имеет очень ма­лое отношение к реальности - он её постоянно для себя конструирует, основываясь на совершенно абстрак­тных, зачастую, закономерностях.

Положа руку на сердце, «конструкто­ру» его собственная, сконструиро­ванная им реальность нравится куда больше, чем та, с которой ему бы пришлось иметь дело, если бы он был устроен иначе. Так что тут без вариантов.

Но вот «рефлектор» жаден до реаль­ности, и пусть он, опять-таки, вос­примет её очень субъективно - на свой вкус, в связи своими интересами и целями, но он будет воспринимать именно проявления реальности, а не виртуальные сущности или абстракт­ные концепты.

Более того, вполне возможно, что в процессе этого своего восприятия он слишком увлечётся какими-то дета­лями, малозначительными нюанса­ми, не увидит картины целиком и, тем более, не задумается о послед­ствиях своих решений.

Но факт остаётся фактом: «рефлек­тор» обращает внимание на то, что происходит на самом деле, и это, подчас, делает его способ сборки интеллектуальных объектов весь­ма существенным, важным и инте­ресным.

Но как бы там ни было, если мы говорим о способах сборки интеллектуальных объ­ектов разными психологическими типами, было бы странно не учесть того фактора, который, очевидно , являлся одним из важ­нейших для самого процесса формирования интеллектуальных навыков.

И в полную мощь действие этого фактора обнаруживается, как вы уже понимаете, у «рефлектора».

Название этого типа мышления, так же как и в остальных случаях, отражает специфику вйдения. «Центрист» видит в окружающем его мире сущности и их проявления, «кон­структор» - закономерности, а «рефлетор» - то, как он сам отражается во внешнем мире.