Цитаты из книги Пророчество

Я знал, что делаю. Я мстил. Я мужчина, и признаю это. И знаешь, что хуже всего? Я всё ещё не жалею, что убил его. Я жалею, к чему привели мои действия.

Так что можешь бросить своё святое дерьмо и отложить нравоучения, — моё печально известное хрупкое терпение подходило к концу. 

А я стоял, ошарашенный до отупения. 

Она стала причиной, давшей мне возможность оставить прошлое, и она была причиной того, что я становился лучше. Но в большинство из дней я всё ещё был сволочью.

Было время, когда я даже и подумать не мог о её имени, и уж тем более произнести его. Вовсе не из-за того, что у меня остались какие-то чувства к Алекс. Конечно же, она была мне дорога. И всегда будет. Но мысли о ней всегда приводили к тому, что я начинал листать душевный альбом своих самых худших моментов.

К сожалению, убийство любого Титана было большое долбанное табу. Их смерти запускали катастрофы, подобные той, с которой мне приходится разбираться вот уже в который раз.

— Я имею в виду, всё, что я знаю о Богах, это то, что они очень похотливы. Сет усмехнулся. — Преуменьшение года.

Опустив руку туда, где лежала её рука, я сглотнул внезапно образовавшийся в горле комок, когда образ её, округлившейся из-за моего ребёнка, сформировался в мыслях. Боги. Это убивало меня самым лучшим способом.

Я никогда не думал, что буду по-настоящему чувствовать такое к другому человеку, и когда я впервые встретил Джози, это уж точно не была чёртова любовь с первого взгляда. Возможно, немного похоти с первого взгляда.

Кое-чем она не поделилась, либо потому что ей было либо не комфортно, либо потому что боялась, что я в гневе подожгу половину Западного полушария. А последнее было всегда возможно. Я, как известно, сначала реагировал, а затем может быть, в зависимости от настроения, задавал вопросы.

Неважно, насколько зла я была на Сета, от его вида у меня всегда начинало колотиться сердце. Он был… он был просто прекрасен, почти до боли.