Brak tchu

Женившись, рано или поздно спросишь себя, зачем ты это сделал...

Но ничто не сравнится с годами открытия того, что, стоит лишь раскрыть дешевую, с грубой бумагой книжечку типа журнальной тетрадки, и вмиг очутишься в бандитском логове или китайской курильне опиума, на островах Полинезии или в лесах Бразилии.

Ярче всего в памяти удивительная, потрясающая рыба, которую мне так и не случилось выловить.

Куплены с потрохами, и, главное, куплены за свои же кровные денежки

Летние дни - это заливные луга, гряда синих холмов вдали, стоячая заводь под ивами и омут наподобие глубокого зеленого стакана. Летние вечера - всплески рыбы на воде, сиплое тарахтение вьющихся вокруг козодоев, аромат ночных левкоев вперемешку с дымком табачных трубок.

Между прочим, помнишь лучше всего тех рыб, которых не поймал.

Голос шумел и рокотал, будто готов был без устали изливаться ещё недели две. Жуткое дело эти живые шарманки, буравящие тебя пропагандой. Прокручивает одно и то же: ненависть, ненависть, ненависть! Сплотимся, друзья, и всеми силами возненавидим! Снова и снова, снова и снова. Ну прямо-таки по мозгам тебе долбит.

Такая жизнь - не человеческая жизнь вообще, а наша специфичная жизнь в нашей специфичной стране: не делаем мы то, что нам хотелось бы. И не работа наша вечная тому причиной. Даже трудяга-сезонник или еврей-портной иногда отдыхают. Причина в том, что внутри нас бес, понуждающий без перерыва заниматься всяким идиотизмом. Найдётся время для всего за исключением действительно важного.

Гораздо легче умирать, зная, что все, чем ты так дорожил, будет жить дальше. А ты прожил свой срок, устал, пришла пора тебе уйти — вот как это виделось людям. Персонально конец, но жизнь, не прерываясь, бежит по тем же рельсам: что было при тебе добром и злом, этим добром и этим злом останется. Земля у людей не шаталась под ногами.

Кто не пришиблен страхом увольнения, тот боится войны, фашизма, коммунизма и ещё чего-нибудь такого.