Цитаты из книги Ślepy zab?jca

«Только помни – ничего вызывающего. Для этого ты ещё слишком молода.»

Потом я вспомнила, как однажды застала её в дедушкином кабинете – ей было лет десять или одиннадцать. Перед ней лежала семейная Библия – огромный фолиант в кожаном переплете, и Лора мамиными ножницами для рукоделия вырезала оттуда куски. – Лора, ты что делаешь? – ужаснулась я. – Это же Библия. – Вырезаю места, которые не люблю.

Мы неустанно шпионим за мертвыми: вскрываем их письма, читаем дневники, перебираем их мусор в поисках намека, последнего слова, объяснения от тех, кто покинул нас, кто оставил нас тащить эту ношу, что подчас оказывается гораздо тяжелее, чем мы думали

«Она восторгалась безграничной любовью, но также и безнадежной печалью.»

Он был из тех, кто считал, что если женщина не испытывает сексуального наслаждения, оно и к лучшему: не будет искать его на стороне.

Военный мемориал - для мертвых, сказал он, а не для тех, кто выжил, и тем более нажился на войне.

Такие разные, но все красивые, как могут быть красивы только молодые люди. Даже самые уродливые красивые, даже угрюмые, толстые, даже прыщавые. Они и не понимают, как они красивы.

Никого здесь нет, говорит он. Никаких твоих знакомых. Кто знает, когда кто-нибудь появится, возражает она. Кто знает, с кем я знакома.

Но в молодости подобная безысходность редко переживает восход.

Каково ей жилось с богатой, мстительной и страдающей женщиной? Вместо бедной, мстительной и страдающей, то есть со мной?

В Раю не бывает историй, ибо не бывает странствий.

Счастье – застекленный сад, откуда нет выхода.

В тот день кровь лилась рекой – должно быть, потом там стало очень чисто.

К черту вегетарианцев! Все боги плотоядны.

Лучшее порой совершается теми, кому некуда деться.

Иногда я надеялась, что меня похитят работорговцы, – пусть я в них и не верила. Хоть какая-то перемена.

Уж лучше знакомый дьявол.

– С неё глаз нельзя спускать, – сказала Рини. – Здесь может быть кто угодно. – Кто угодно – постоянная причина её страхов. Никогда не знаешь, какие выходки, какие кражи или ошибки совершат эти кто угодно.

В речи говорилось немногое, но многое читалось между строк. «Есть причины радоваться» – это хорошо; «основания для оптимизма» – плохо.

Если бы ты была канатоходцем и шла над Ниагарским водопадом с завязанными глазами, о чем бы ты больше думала – о толпе на том берегу или о своих ногах?