Отзывы о книге Peanatema

«Анафем» Нила Стивенсона это интеллектуальная космоопера и тот редкий пример научной фантастики, которая не просто использует научные идеи как декорацию, а строит на них весь сюжет.

Планета Арбр, 3689 год. Молодой фраа Эразмас живёт в матике — чем-то среднем между монастырём, университетом и интеллектуальной крепостью, где веками спасают знания после очередных цивилизационных крахов. Когда ворота открываются и он впервые выходит во внешний мир, выясняется, что угроза куда серьёзнее академических споров.

Сюжет завораживает своим размахом и непредсказуемостью. Из философского семинара роман постепенно вырастает в космооперу с поликосмизмом, ветвящимися мирами и звездолётом из соседнего «повествования».

Стивенсон не разжёвывает термины и не упрощает концепции. Философские и научные дискуссии занимают значительную часть текста и постепенно раскрывают мир Арбра и Космоса. Но здесь же и главный барьер. Диалогов много, и они порой избыточно замудрённые.

Любовная линия выглядит менее убедительной на фоне философского размаха, а финал при всей грандиозности идеи кажется немного скомканным.

Вообщем «Анафем» это роман, в котором спасение мира начинается с философского семинара. Он объёмный, местами перегруженный и совершенно не подходит для «расслабленного чтения». Зато масштабен, умён и по-своему обаятелен.

Подойдёт тем, кто любит умную научную фантастику и получает удовольствие от сложных идей, научных споров и концепций многомирия.

Тем, кто ищет лёгкий экшен и чтение «без напряжения», книга может показаться перегруженной и слишком обстоятельной.

Затем я взялся за Книгу. Поскольку единственное её назначение — мучить читателей, чем меньше я о ней расскажу, тем лучше. Изучать, переписывать и зубрить Книгу было худшей формой епитимьи.

Я недавно писала статью об опыте чтения трудных книг, пропустив самую, наверно сложную из всех - "Анафем". Колоссальный по объему, неподъемно тяжелый для понимания, он насыщен научными сведениями до кристаллизации и скорее являет собой соединение учебника по ядерной физике и молекулярной химии с философским трактатом, чем роман. Каким-то немыслимым способом, умудряясь сочетать со всем перечисленным авантюрный сюжет, ярких героев и высокий уровень эмоционального отклика.

"Анафем", непосредственно после "Синдрома отката", констатирует, что в лице Нила Стивенсона человечество потеряло еще одного своего гения. Мыслитель, за которым приходилось тянуться изо всех сил, превратился в популяризатора сомнительных идей. Однако преимущество творцов в том, что их репутацию делает созданное в лучшую пору, а преимущество читателей - в возможности возвращаться к их лучшему. Со второго раза поняла в книге сильно не все, но намного больше, чем в первый. Интересно будет снова вернуться к ней года через четыре и выудить еще толику смысла. А пока, поделюсь тем, что уже имею.

В основе идея: взять некий мир, во многом подобный нашему, переживший в далеком прошлом коллапс, связанный с бесконтрольным внедрением научных открытий; и разнести в нем ученых с простецами - не в конфронтацию по разные стороны баррикад, но ощутимо разграничив сферы влияния, и посмотреть, что из этого получится. А получился восхитительный гибрид монастыря и университета с почти военной дисциплиной, добровольно принимаемой аскезой в мирских благах, но без фанатизма в том, что касается плотских отношений между разнополыми адептами (фраа и суурами, братьями и сестрами). На самом деле, кризисов за многотысячелетнюю историю Арба было три, и после каждого отношение к носителям знания ужесточалось.

Но не в том смысле, что их запирали, к примеру, в шарашках и заставляли изобретать что-нибудь, остро необходимо социуму, вроде альтернативного источника энергии. Нет, здесь в точности наоборот: иноки, в каждом последующем откате, обособлялись от мирян все сильнее, а инструменты, которым им дозволялось пользоваться в своих штудиях, все больше упрощались. То есть, смотрите, все знают, что наука дорогое удовольствие и в нашем мире на нее тратятся миллиарды (да, несравимые с военными расходами и тратами на роскошь, но все же). Так вот, в мире Арба ученым оставлены настолько примитивные средства, что фраза, ставшая главным мемом романа: "Нам угрожает инопланетный корабль, начиненный атомными бомбами. У нас есть транспортир" - обретает едва ли не буквальный смысл.

Замечательно подробно прописанный мир Канона со строгой регламентированностью всякого действия, четкая осмысленность происходящего в каждую следующую минуту. Обеты принимаемые членами концентов, сложные, но умопостижимые: в зависимости от уровня потенциальной угрозы разрабатываемой дисциплины безопасности популяции, контакт адептов с миром не чаще раза в год, десять, сто или тысячу лет. Вообще, вся неспешная, четко структурированная жизнь концента - это такой подарок читателю, который традиционно ждет уж рифмы "розы", на роли которой должно выступить осознание, что изолировать науку от мира тоже не выход, нужен срединный путь. Но тут прибыл поручик Ржевский...

В смысле, Стивенсон все-таки в значительной мере автор научно-фантастического экшена, которому скучно без погонь, перестрелок, драк, странствий, сопряженных со смертельной опасностью. И еще, его талант не камерного, но панорамного, масштабного свойства. "Имя Розы" легким движением руки преображается в эпическую космосагу с прибытием но орбиту Арба инопланетного корабля и необходимостью для героев на коленке перестраивать систему мира таким образом, чтобы включить в нее близкие контакты третьего вида.

И если вы подумали, что авантюрная составляющая окажется тут в приоритете, вы глубоко ошиблись, потому что события положат начало бесконечным дискуссиям о взаимной несовместимости множества обитаемых миров, в ходе которых беззащитный мозг читателя вскипит неоднократно, тем более, что практика во многом опровергнет теоретические построения. Хотя всем несоответствиям найдутся блестящие постфактум объяснения. Ну, а чего бы вы хотели, Стивенсон времен "Анафема" таки был гением и его уровень владения материалом на порядок превосходил тот. что у среднего и даже сильно не среднего читателя.

Но со вторым хождением на территорию романа, кажется, постигла основную мысль, она в том, что, подлинно взыскующий знания и готовый жертвовать ради него временем и тривиальными удовольствиями человек переходит на уровень, позволяющий силой мысли творить чудеса. Я не из таких, в смысле - узнавать новое люблю, но удовольствиями жертвовать не готова. Зато научилась совмещать, делюсь лайфхаком, который помогает с трудным чтением - это аудиокнига, главное, чтобы она была начитана по-настоящему хорошим исполнителем, слушать которого в радость. Игорь Князев для меня такой и знаю, что в любви к нему я не одинока.

Невероятно интересный роман о платонизме. Увлекающий своей оригинальностью мысленный эксперимент. Каким был бы наш мир, если бы философия и наука эллинов прошли путь христианства - с упадком, расцветом, расколом и прочими неизбежными этапами. Если бы наука стала религией. Уделом избранных. Отгороженных от мира высокими стенами.

Многие вступают на территорию общин детьми и ворота отрезают все знакомое и привычное, что было в жизни до этого момента. Впереди аскетизм и служение науке. Инакам - жителям научных общин, разрешается иметь только три вещи - стлу, заменяющей любой вид одежды, хорду, чтобы подпоясываться и сферу, которая заменяет стул, подушку, корзину, фонарик и еще много чего, в зависимости от поставленной цели. Тренированные, привычные к обучаемости мозги инаков способны решить бесконечное множество задач с помощью всего лишь этих трех вещей.

История мира помнит многие катаклизмы и конфликты. Когда ученые в своих экспериментах заходили слишком далеко, напуганные миряне разрушали их общины, а власти налагали очередной запрет. Первое Разорение случилось, когда слишком бурно развивалось направление по изменению структуры атома и свойств материи. Второе - когда понадобилось ограничить вмешательство науки в генетические цепочки. Теперь новые исследования в этих темах запрещены. Инакам запрещено пользоваться мобильными телефонами, компьютерами, интернетом, который на Арбе называют авоськой.

Контакты ученых с внешним миром сведены к минимуму. В зависимости от того, насколько полно инак готов отдать себя науке, сформировано несколько видов научных общин. Самое простое - это унарии. Для инаков этих общин ворота во внешний мир открываются раз в год. Они могут уйти и больше не возвращаться. Или остаться еще на год. Что-то вроде получения высшего образования. Есть децинарии - ворота открываются раз в десять лет. Уже ближе к аспирантуре. Для тех, кто решил всерьез заняться наукой, а не только получить диплом. Есть центенарии - тут уже нет случайных людей, одни закоренелые ученые. Выход в люди - раз в сто лет.

Ну и пик крутизны - милленарии. Для них ворота открываются раз в тысячу лет. Самые таинственные персонажи романа. Их пение, их способности не давали покоя всю книгу. Их загадка интриговала до последнего. Самые вероятностные кандидаты на роль легендарных инканторов. О чем думали мирские власти, когда принимали решение оставить талантливых ученых на тысячу лет предоставленными самим себе? Да, у них отобрали коллайдеры и прочие опасные игрушки, зато оставили самый мощный инструмент для познания и преобразования вселенной - их сознание.

Автор совсем не облегчает чтения, за что ему выражаю огромную признательность. Он предлагает игру - "Изучи мой мир". Стивенсон дает подсказки в нужном количестве и идет на шаг впереди читателя, чтобы он не сбился с правильного курса. Ты вроде все делаешь сам, но все задачи изначально решаемы и по силам. Нужны всего лишь концентрация и желание преодолеть все трудности. Эта очень интересная игра. Меня она поглотила сразу и не желает отпускать даже теперь, когда книга прочитана.

В самом начале было только любопытство. И принятый вызов, брошенный объемом. 960 страниц - это вам не фунт изюму. К моей радости оказалось, что незнакомый доселе автор пишет как раз ту фантастику, которая мне нравится. В меру необычный мир, чтобы было где разгуляться воображению и в меру использует нашу историю, чтобы было на что опираться новым конструкциям и брать детали для сборки. Научные лекции он умело разбавляет юмором. Конференции и мозговые штурмы чередует приключениями и путешествиями. Не забывает и про любовь. Все-таки основным персонажам романа по девятнадцать лет, а значит, гормоны будут гнуть свою линию невзирая ни на что. Пусть на дворе хоть вступительные экзамены, хоть опасность быть изгнанным, хоть угроза уничтожения планеты. Множество интереснейших тем. Бесконечное разнообразие мест. Богатый выбор персонажей.

Есть свой шаолинь. С ним будет связана самая захватывающая глава романа. И одна из самых грустных. Стивенсон даже Стартрек умудрился впихнуть в сюжет. Найдется место и для детективного расследования. И для космооперы. Когда думаешь, что интересней быть уже не может, сюжет делает очередную загагулину и ты выходишь на новый уровень счастья. Сколько знакомых лиц! Отдельный вид удовольствие узнавать в легендарных личностях Арба известных ученых Земли. Определять кто в этом мире Архимед, кто Пифагор. Вот софисты, а вот демагоги. А вот Платон. И его мир идеальных треугольников идей разросся у Стивенсона в увлекательнейший роман. Это же надо было так обыграть теорию, что идеи витают в воздухе и могут одновременно прийти в голову разным людям! С изменениями, но очень похоже. Понравилось объяснение того, как поведет себя вселенная, если попробовать вернуться в прошлое, чтобы убить дедушку.

Стивенсон не уставал удивлять, доставая из шляпы одного кролика за другим. Запредельный уровень чародейства. Причем интерес продержался всю книгу, не ослабевая. До последнего было не понятно, чем закончится. Обещанная аннотацией беда придет не сразу. Будет подкрадываться незаметно, вися на орбите и собирая информацию. Открытие ворот будет в самом начале и до момента, когда угроза встанет в полный рост и заявит о себе в полный голос, пройдет целая вечность. И это не совсем метафора, учитывая размеры книги. Земля и тут оказалась третья планета, хоть отсчет ведется по иным приметам. Такое внимание к деталям и перекручивание известных фактов восхитительно! Как и изобретение новых слов в стиле хливких шорьков. А еще в романе есть Жюль Верн. Одним словом - шедеврально!

Эту книгу я читал около полугода. Она по праву стала для меня одной из самых необычных и я уже не чаял её закончить. Летом вообще редко брался за неё. Возвращаться к ней не очень хотелось, но привычка завершать начатое взяла верх.
Действие происходит на планете Арб. Главный герой фраа Эразмас, от лица которого ведётся повествование. Он является учеником астрофизика-космографа Ороло. Его окружают такие же инаки (учёные-аскеты), которые вместе живут в конценте (поселение инаков) светителя Эдхара. Учёные живут в добровольной изоляции и практически не пересекаются с "мирскими". Жизнь их протекает по строгим правилам и любая вольность наказуема.
Первая половина книги наполнена очень подробными описаниями, которые ставили в тупик даже мою фантазию. Да, я высокого мнения о своей фантазии! Именно на первой половине я и застрял. Восприятию активно мешали множественные непонятные слова, хотя если вчитаться, смысл их можно было уловить. Но для этого надо было постоянно держать мозг в напряжении, что не всегда способствовало получению удовольствия от самого процесса. Но у меня даже появились любимые слова: жужула (смартфон), кузавиль (колёсное транспортное средство) и прехня ( речь (обычно, но необязательно, коммерческая либо политическая), в которой используются эвфемизмы, сознательная расплывчатость, отупляющие повторы и другие риторические уловки, создающие впечатление, будто что-то и впрямь сказано. Син.: брендятина.)
Очень медленное продвижение по сюжету ещё больше утомляло. Очень сложно было держать в фокусе всё, чем автор без устали заполнял пространство страниц.
Во второй половине, когда на горизонте появились пришельцы, возникла надежда, что уж сейчас меня затянет в водоворот событий. Но надежды мои не оправдались, к сожалению. Меня не покидало ощущение, что научная составляющая книги превалирует над художественной. Автор не смог до конца выразить свой замысел удобоваримым языком. Диалоги иногда "поражали" остроумием, иногда нагоняли такую скуку, что я забывал, о чём, собственно, речь. Хотя юмор в книге присутствует и он уместен. Концепция многомировой интерпретации в квантовой механике мне показалась очень интересной, но автор не развил эту тему настолько, чтобы по-настоящему увлечь. Философские размышления заставляли напрягаться, но стоит признать, что некоторые из них по-настоящему интересны.
Главного героя ждала важная миссия и от её выполнения зависела судьба планеты. А уж как он с этим справился и при чём здесь параллельные вселенные, вы можете узнать сами, если захотите. Надо только сделать над собой усилие и погрузиться в этот необычный мир, где наука стала религией.
Всё-таки книга мне понравилась, пусть и далась с таким трудом. Надо периодически покидать зону комфорта, даже в читательских предпочтениях.

— Вам нужен транспорт? Инструменты? Что-нибудь ещё? — Нам угрожает инопланетный корабль, начинённый атомными бомбами, — сказал я. — У нас есть транспортир.

Краткое содержание книги: в деценарный аперт фид вышел из клуатра матика в экстромурос. Его уплощили жужулы нового праксиса. Потом Арб гвозданул икасаэдр геометров и все остолетились.

И поверьте, это было интересно! Пробиться через нагромождение странных слов. Утрясти хоть немного новый материал... Мы в средневековом монастыре?.. Монастыре, в котором религией - математика?!. На Земле после Апокалипсиса?.. И дверь монастыря вот-вот откроется во внешний мир, а там?.. А может, это детектив в замкнутом пространстве, как "Имя розы"?.. История путешествия по неизвестной планете... О! Мое любимое столкновение героев из принципиально различных сообществ-миров!... В прямом смысле разных миров?!! И изюминкой на многослойном торте - манипуляции с предметами и телами на орбите. Просто космос! Книга меняется стремительно, ничего не желая знать о "законах жанра"... которого из жанров? Читателя перебрасывают, как шарик в пинг-понге: матик-монастырь, город за стеной, такой современный и знакомый, снежный полюс планеты и гигантские извозные машины-города, раскопки почти античного вулкана, новый монастырь с новыми законами... Просто космос...

Человек с фамилией Стивенсон рискует, когда берется за письменное устройство, но сейчас я готова вместить двух Стивенсонов - как два разных равновеликих Космоса. Как у этого модернового получилось? Текст перенасыщен вперемешку придуманными и специальными терминами, длиннейшими диалогами по философии физики и математики, за которыми следишь как за боксерским поединком, невольно пригибаясь, когда сжатый в кулак аргумент проносится со свистом мимо уха. Книга вызывает состояние постоянного мозгового штурма - и мозгам вкусно! Кажется, я поняла секрет Стивенсона! Читатель чувствует себя очень умным. По крайней мере мне было приятно, что так обо мне думает автор, он не унижает меня размусоливанием понятий и лишними объяснялками, он верит в меня, верит, что я пойму. А я поняла?..

Если ты сознательно хочешь удалиться от праксиса и отдаться теории, то лучше уйти в келью. С возможностью переговариваться с жителями соседних келий. Конечно, у тебя будет немного материальных вещей (хитон, веревка и многофункциональная сфера), но зачем они тебе, твоя жизнь - теория. Ты можешь уйти в матик (научный "монастырь") на год (чтобы подучиться), на 10 лет, на 100... есть и тысячники, но туда берут с самого рождения (говорят, они умеют перестраивать свои цепочки днк, но вообще-то это уже несколько веков как запрещено). Чему там можно научиться?.. Мышлению, думанию, анализу и синтезу. Наука станет твоей религией и любовницей, и для мышления не нужны сложные устройства. Говорят, кто-то провел десятилетия... глядя на медную миску, осмысливая себя и мир через нее, говорят, через десятилетия на этой миске пропала царапина... Но это байки. Тебе придется сочетать мозговые штурмы с простой рутинной работой руками ради куска хлеба насущного. И противоположный пол будет тебя интересовать, как всех... но немножечко меньше, чем утонченные уравнения. Возможно, ты станешь учителем для 10-летнего гениального аутиста... чтобы поучиться у него основам. И на твоих глазах погибнет твой любимый учитель - а ты кроме скорби переживешь гордость и ощущение, что это было правильно. Твоя любимая отправит тебя на смерть - и ты тоже признаешь, что это был гениальный план. Теория важнее.

Что такие мелочные жертвы по сравнению с тайнами вселенной... вселенных! Осмысливать, как в недрах звезд образуются первоядра веществ... Как космические корабли бороздят чернозем вакуума... Быть среди неединомышленников, которые всегда готовы вступить с тобой в честный диалог с шансом убедить друг друга... Я опять не хотела покидать книгу. Всё, ухожу в матик!.. Я хочу больше подробностей, больше диалогов, больше Стивенсона.

Но я не была точной. Религия "Анафема" - не столько математика, сколько мышление. Главный герой выходит во внешний мир (застенье - экстромурос) и находит там свою сестру, которая не так уж и уступает ему. Наверное, в этом и заключается "суперспособность" простенького героя - он "скриптор", восприниматель, человек, который видит связи между вещами, способен синтезировать идеи, находить в конце концов "простую" развязку, самую главную нить в запутанном клубке. Его призвание - синтезировать интра- и экстромурос.

Можно подумать, что существует противостояние между теми, кто осмысливает мир, и потребителями - бездумными обывателями. Но это поверхностно, так как люди, которые познают мир осознавая, что они именно познают его, часто есть биомасса-паразиты науки, а обыватели-пользователи все равно познают мир, просто не всегда дают себе и другим в этом отчет, блистая "житейской мудростью". И большинство людей в разные моменты жизни легко переходят из одного состояния в другое, сознательно или бессознательно проникая в тайны мира, пользуясь философией и утилитарным "праксисом", языком искусства, религии или науки, порой не замечая этого.

Кое-кто думает, что разные способы познания мира - наука, религия, искусство - принципиально противостоят друг другу. Но и это поверхностный взгляд. Суть одна - познать и поделиться знанием. Неслучайно тысячники меняют мир пением. Неслучайно математика в произведении именно религиозное откровение.

И не так важно, сколько и в чем просчитался Стивенсон, даже солнечные ночи над полюсом зимой не омрачат основного месседжа его трактата. Думать - это классно. Осознавать мир - это очень интересная работа. Даже если мозги мои заплыли холестерином экстромуросской суеты и эта замечательная книга подарила мне только ИЛЛЮЗИЮ мышления - это все-таки иллюзия МЫШЛЕНИЯ, полагаю, ценнейшая за многие.

Па-беларуску транспарцір...

Тутака...

Кароткі змест кнігі: У дэцэнарны аперт фід выйшаў з клуатра матыка ў экстрамурас. Яго ўплошчылі жужалы новага праксісу. Потым Арб гваздануў ікасаэдр геаметраў і ўсе астагодзіліся.

І паверце, гэта было цікава! Прабіцца праз нагрувашчанне дзіўных словаў. Утрэсці хоць троху новы матэрыял... Мы ў сярэднявечным манастыры?.. Манастыры, у якім рэлігіяй - матэматыка?!. На Зямлі пасля Апакаліпсісу?.. І дзверы манастыра вось-вось адчыняцца ў вонкавы свет, а там?.. А можа, гэта дэтэктыў у замкнёнай прасторы, як "Імя ружы"?.. Гісторыя падарожжа па невядомай планеце... О! Маё любімае сутыкненне герояў з прынцыпова розных супольнасцяў-светаў! ...У прамым сэнсе розных светаў?!! І разыначкай на шматслойным торце - маніпуляцыі з прадметамі і целамі на арбіце. Проста космас! Кніга мяняецца імкліва, нічога не жадаючы ведаць пра "законы жанру"... каторага з жанраў? Чытача перакідваюць, як шарык у пінг-понгу: матык-манастыр, горад за сцяной, такі сучасны і знаёмы, снежны полюс планеты і гіганцкія перавозныя машыны-гарады, раскопкі амаль антычнага вулкана, новы манастыр з новымі законамі... Проста космас...

Чалавек з прозвішчам Стывенсан рызыкуе, калі бярэцца за пісьмовую прыладу, але цяпер я гатовая змясціць двух Стывенсанаў - як два розныя роўнавялікія космасы. Як у гэтага мадэрновага атрымалася? Тэкст перанасычаны ўперамешку прыдуманымі і спецыяльнымі тэрмінамі, даўжэразнымі дыялогамі па філасофіі фізікі і матэматыкі, за якімі сочыш як за баксёрскім паядынкам, міжволі прыгінаючыся, калі кулак праносіцца са свістам міма вуха. Кніга выклікае стан няспыннага мазгавога штурму - і мазгам смачна! Здаецца, я зразумела сакрэт Стывенсана! Чытач пачуваецца вельмі разумным. Прынамсі мне было прыемна, што так пра мяне думае аўтар, ён не прыніжае мяне размусольваннем паняткаў і лішнімі тлумачалкамі, ён верыць у мяне, верыць, што я зразумею. А я зразумела?..

Калі ты свядома хочаш аддаліцца ад праксісу і аддацца тэорыі, то найлепш сысці ў келлю. З магчымасцю перамаўляцца з жыхарамі суседніх келляў. Вядома, у цябе будзе небагата матэрыяльных рэчаў (хітон, вяроўка і шматфункцыянальная сфера), але нашто яны табе, тваё жыццё - тэорыя. Ты можаш сысці ў матык (навуковы манастыр) на год (каб падвучыцца), на 10 гадоў, на 100... ёсць і тысячнікі, але туды бяруць ад самага нараджэння. Чаму там можна навучыцца?.. Мысленню, думанню, аналізу і сінтэзу. Навука стане тваёй рэлігіяй і каханкай, і для мыслення не патрэбныя складаныя прылады. Кажуць, адзін правёў дзесяцігоддзі... гледзячы на медную місу, асэнсоўваючы сябе і свет, кажуць, праз дзесяцігоддзі на гэтай місе прапала драпіна... Але гэта байкі. Табе давядзецца спалучаць мазгавыя штурмы з простай руціннай працай рукамі дзеля кавалку хлеба надзённага. І супрацьлеглы пол будзе цябе цікавіць, як усіх... але трошачку менш, чым выкшталцоныя раўнанні. Магчыма, ты станеш настаўнікам для 10-гадовага геніяльнага аўтыста... каб павучыцца ў яго асновам. І на тваіх вачох загіне твой улюбёны настаўнік - а ты акрамя жалобы перажывеш гонар і адчуванне, што гэта было правільна. Твая каханая выправіць цябе на смерць - і ты таксама прызнаеш, што гэта быў геніяльны план.

Што такія дробязныя ахвяры ў параўнанні з таямніцамі сусвету... сусветаў! Асэнсоўваць, як у недрах зорак утвараюцца першаядры рэчываў... Як касмічныя караблі аруць чарназём вакууму... Быць сярод неаднадумцаў, якія заўсёды гатовыя ўступіць з табой у чэсны дыялог з шанцам пераканаць адно аднаго... Я зноў не хацела сыходзіць з кнігі. Пусціце мяне ў матык!.. Я хачу больш падрабязнасцяў, больш дыялогаў, больш Стывенсана.

Але я не была дакладнай. Рэлігія Анафема - не столькі навука, колькі мысленне. Галоўны герой выходзіць у вонкавы свет (засценне - экстрамурас) і знаходзіць там сваю сястру, якая не так ужо і саступае яму. Напэўна, у гэтым і заключаецца "звышдольнасць" просценькага героя - ён "скрыптар", успрымальнік, чалавек, які бачыць сувязі паміж рэчамі, здольны сінтэзаваць ідэі, знаходзіць урэшце "простую" развязку, самую галоўную нітку ў заблытаным клубку. Ягонае пакліканне - сінтэзаваць інтра- і экстрамурас.

Можна падумаць, што існуе супрацьстаянне паміж тымі, хто асэнсоўвае свет, і спажыўцамі - бяздумнымі абываталямі. Але і гэта павярхоўна, бо людзі, якія спазнаюць свет усведамляючы, што яны менавіта спазнаюць яго, часта ёсць біямаса-паразіты навукі, а абываталі-карыстальнікі ўсё адно спазнаюць свет, проста не заўсёды даюць сабе і іншым у гэтым рады. І большасць людзей у розныя моманты жыцця лёгка пераходзяць з аднаго стану ў другі, свядома ці несвядома пранікаючы ў таямніцы свету, карыстаючыся філасофіяй і ўтылітарным "праксісам", мовай мастацтва, рэлігіі або навукі, часам не заўважаючы гэтага.

Сёй-той думае, што розныя спосабы спазнання свету - навука, рэлігія, мастацтва - прынцыпова супрацьстаяць адно аднаму. Але і гэта павярхоўны погляд. Сутнасць адна - спазнаць і падзяліцца спазнаным. Невыпадкова тысячнікі змяняюць свет спевамі. Невыпадкова матэматыка ў творы менавіта рэлігійнае адкрыццё.

І не так істотна, колькі і ў чым схібіў Стывенсан, нават сонечныя ночы над полюсам узімку не азмрочаць асноўнага мэсэджу яго трактату. Думаць - гэта класна. Усведамляць сусвет - гэта вельмі цікавая праца. Нават калі мазгі мае заплылі халістэрынам экстрамураскай мітусні і гэтая выдатная кніга падаравала мне адно ІЛЮЗІЮ мыслення - гэтая ўсё-такі ілюзія МЫСЛЕННЯ, мяркую, каштоўнейшая за многія.

Класс!!! Я так рада, что наконец-то дочитала это! И первое, что поняла из этой книги: Нил Стивенсон не мой автор. Среди понятного из книги второго не будет - на первом пункте весь список заканчивается. Писатель настолько далеко удалился от нашего времени и пространства, что я, как читатель, почувствовала это расстояние. Представьте себе некую общину, где божеством является наука. Наказывают тем, что заставляют изучать многие вещи, к примеру, число П (пи) чуть ли не до сотого знака после запятой. Вроде, это не на Земле всё находится, и в далёком будущем - 3600 год летоисчислению этой общины. Главного героя, от которого ведётся повествование, зовут фраа Эразмас. И на такую продвинутую цивилизацию, божеством которой является наука, напали чужаки из космоса. Каждая глава книги начинается объяснением какого-нибудь термина. Сначала это воодушевляет, мол, писатель хочет просветить читателя. Но после удручает. Чувствуешь себя маленькой, не способной понять высокие технологии, и от этого теряешься в этом мире. Сюжет понимался мной с трудом, и то я не уловила всего, что хотел сказать автор. По отношению ко мне эта книга выглядит, будто первокласснику, который и считать-то толком не умеет, пытаются объяснить интегралы, и при этом рассказывают, как это интересно. Не моё!

Здесь очень много незнакомых слов, которые воспринимаются тяжело. Интересно, как всё это добро переводили переводчики. Читаешь, и прямо чувствуешь, что тяжело, ничего непонятно. Голова сломалась уже в первые главы. Прочитал одну реплику, которая не даёт надеяться, что дальше чтение будет легче:

Первое, что ты понимаешь, начиная читать эту книгу - это то, что ничего не понятно. Но не переживайте, стоит прочитать страниц сто, и станет ещё более непонятно.

Местами воспринималось как нон-фикшн или даже какие-то научные работы.

Тут нам дают объяснения слов из словаря и всё время что-то объясняют. Как по мне, введение новых слов в довольно сложный текст ухудшает восприятие в разы.

Вот уж правда, объяснял, объяснял, что аж сам понял. Наверное, чтобы тут более-менее понимать, нужно читать с карандашом и блокнотом и всё записывать. Но от такого чтения сложно получить удовольствие, возможно только если вам нравится разгадывать всякие задачки и загадки, вникать в суть, пониматься аллюзии, искать скрытые смыслы и тому подобные вещи в литературе.

Поначалу я совершенно не получил никакого удовольствия от чтения. Но процентов после 7-10 я неожиданно заинтересовался книгой, но перед этим чуть было не бросил книгу. Только осознание того, что тут описывается будущее впавшее в средневековое время удержало меня от этого шага. Но в целом так: идеи у книги есть, они намечены, некоторые даже видно, но продираться сквозь текст очень сложно. Всё же я не буду читать больше книги этого автора.

Говорят, что в тексте смогут разобраться только учёные, видео так оно и есть. Книга вероятно совсем не для средних умов. Но вот тут человек отлично раскрывает вложенный смысл.

На книгу нужно смотреть свысока, глобально. Но это сложно. Если вы не мыслите масштабно, то книгу читать не стоит. Удовольствия вряд ли получите.

Бывают книги, похожие на прыжок с парашютом - захватывает дух, переполняет восторг, накатывает эйфория. Бывают книги, похожие на погружение в бездну - ты видишь совершенно новый мир, стараешься впитать как можно больше информации и боишься не успеть вовремя сделать вдох. Бывают книги-болота, книги-резина... Анафем - это однозначно американские горки. Сначала ты вообще не понимаешь, где ты оказался, потом летишь с сумасшедшей скоростью и восторгом, притормаживаешь, готовясь к новому полету, и снова летишь... И все бы ничего, если бы не моя хроническая невезучесть - однажды я умудрилась зависнуть вниз головой на одной из самых известных европейских горок. Нет, нас, конечно же, сняли, никто не пострадал, выдали какие-то плюшки на следующее посещение, но впечатление было незабываемым - сначала мы ничего не поняли, потом успели испытать недолгий восторг, затем досаду и горькую обиду от такого облома, чтобы в конце задохнуться от невероятной радости потому, что все наконец-то закончилось.

К сожалению, с этой книгой я испытала совершенно аналогичные эмоции - добрую четверть текста я усиленно убеждала себя в том, что язык книги мне должен быть понятен, затем еще примерно четверть шалела от восторга - то ли потому, что язык действительно стал понятен, то ли так захлестнул необычный сюжет, а потом появились первые нотки разочарования. Дочитывала историю откровенно через силу и была счастлива, что она наконец-то закончилась.

Нет, мастерство автора я оценила в полной мере! Учитывая то, что я вообще не очень хорошо знакома с жанром НФ, каждая фишка книги мне казалась чем-то совершенно необыкновенным, гениальной авторской находкой, новым словом в целом направлении литературы. Беда в том, что мой гуманитарный мозг в принципе отвергает такие понятия, как физика, геометрия, астрономия, механика и прочее, соответственно, всегда очень тяжело реагирует практически на любую книгу жанра НФ. Здесь же вообще тяжелый случай - нет ссылок на неологизмы, нет им своевременных объяснений. Ладно, когда все это касалось вещей бытовых или общепринятых, тут мало-мальски имеющийся айкью помогал угадать их значение чисто интуитивно, но вот все, что касалось точных наук... Я даже не буду это комментировать.

Меня приводили в восторг философские диалоги героев - они действительно невероятны! Я зачитывалась, несмотря на то, что обычно такие беседы в книгах получаются довольно скучными. Мне уже не мешал свежеприобретенный язык, я спокойно оперировала новыми словами и ожидала такого же невероятного продолжения...

Увы. Тут мне не повезло сразу многократно. Во-первых, сам сюжет стал проседать - видимо, из-за слишком большого обилия подробностей появилось ощущение затянутостей. Во-вторых, с каждой страницей стало появляться все больше и больше специфической терминологии. Я честно пыталась во всем этом разобраться, а потом просто плюнула и смирилась - ну не дано мне этого, не дано... Когда место действия переместилось в космос, я почти физически ощутила этот контрольный в голову! Снова стало казаться, что читаю я текст на неизвестном мне языке, да еще и не с самого начала.

А вот финал книги меня порадовал. Не тем, каким он оказался, а тем, что вообще состоялся )) Не жалею, что прочла эту книгу, но очередной урок извлекла - НФ мне имеет смысл обходить стороной. Какой смысл снова и снова ощущать свое интеллектуальное несовершенство...

P.S. Словарик в конце книги великолепен! Думаю, если бы в тексте изначально были на него ссылки, чтение подарило бы намного больше приятных моментов. Манера автора давать пояснения некоторым словам в тексте книги спустя несколько глав после их первого упоминания откровенно раздражала.

Это грандиозно. Я просто потрясена тем, какую хренову кучу всего надо знать, чтобы спокойно эту кучу озвучить в книге, да так, чтоб было интересно, в меру сложно, в меру понятно; чтобы ощущалось, что писатель знает, о чем пишет, и сплощить его в беседе не удастся. Удивительная планета Арб, жители которой после некоего мирового катаклизма разделены на живущих в неких подобиях монастыря (иноки-ученые) и тех, кто живет за пределами оных (все остальные, миряне). Встретиться они могут, в основном, только во время Аперта, проводимого раз в 10 лет, когда двери матика будут открыты для всех желающих как посетить его, так и покинуть его пределы ради познавательной прогулки в Экстрамурос (внешний мир). Роман изобилует новыми вымышленными словами, но они настолько созвучны и понятны по смыслу чисто интуитивно, что это напрягает разве что в самом начале, да и то недолго. Первая часть это вообще университетский роман, щедро сдобренный и наполненный диалогами, математикой, философией. Светло и даже ностальгически. Дальше все больше примешивается загадок, приключений, напряжение нарастает, местами срываясь в фантастический боевик и, в конце, - твердую научную космическую фантастику. По сюжету: иноки вынуждены спасать мир. На этом все) Все остальное - вокруг да около большое количество добротного текста, местами с юмором, местами трагичного. Не пожалела, что окунулась в средневековый мир современности другой планеты. Остался вопрос: как вышло, что Эразмоса призвали? Кто были его родители и куда они пропали? (возможно, в тексте и было, но где-то я это упустила).

Диалог, словесное общение, обычно формального характера, между теорами. «Быть в Д.» означает вести дискуссию непосредственно. Распространённый вариант — трёхсторонний Д. с участием мудреца, обычного человека, стремящегося к познанию, и недоумка.

При всем восхищении Нилом Стивенсоном, вынуждена констатировать: читатель "Анафема", не раз и не два в процессе относит себя к третьей категории. И это нехорошо. Не потому, что творец должен интеллектуально присаживаться на корточки, дабы польстить скромным интеллектуальным кондициям своих поклонников, но оттого, что ситуация с романом часто напоминает описанный в нем род епитимьи, когда провинившегося адепта наказывают книгой. Помните, текст, состоящий из невразумительных наукоподобных сентенций, в которых по определению невозможно разобраться и вычленить здравое ядро. Уровень бредовости возрастает по мере углубления в фолиант, пропорционально степени сомнения читателя в собственных интеллектуальных способностях. Кому от этого хорошо, совершенно неясно.

То есть, идея великолепная. Взять некий мир, во многом подобный нашему, переживший в далеком прошлом чудовищный коллапс, связанный с бесконтрольным внедрением научных открытий в повседневность; разнести в нем ученых и простецов - не в конфронтацию по разные стороны баррикад, но ощутимо разграничив сферы влияния, и посмотреть, что из этого получится. А получился восхитительный гибрид монастыря и университета с почти военной дисциплиной, добровольно принимаемой аскезой в мирских благах, но без фанатизма в том, что касается плотских отношений между разнополыми адептами (фраа и сурами, братьями и сестрами).

Замечательно подробно прописанный мир Канона со строгой регламентированностью всякого действия, четкая осмысленность происходящего в каждую следующую минуту. Обеты принимаемые членами концентов, сложные, но умопостигаемые: в зависимости от уровня потенциальной угрозы разрабатываемой дисциплины безопасности популяции, контакт адептов с миром не чаще раза в год, десять, сто или тысячу лет. Вообще, вся неспешная, четко структурированная жизнь концента - это такой подарок читателю, который традиционно ждет уж рифмы "розы", на роли которой должно выступить осознание, что изолировать науку от мира тоже не выход, нужен срединный путь. Но тут прибыл поручик Ржевский...

В смысле, Стивенсон все-таки в значительной мере автор научно-фантастического экшна, которому скучно без погонь, перестрелок, драк, странствий, сопряженных со смертельной опасностью. И еще, его талант не камерного, но панорамного, масштабного свойства. "Имя Розы" легким движением руки преображается в эпическую космосагу с прибытием но орбиту Арба инопланетного корабля и необходимостью для героев на коленке перестраивать систему мира таким образом, чтобы включить в нее близкие контакты третьего вида.

И если вы подумали, что авантюрная составляющая окажется тут в совершенном приоритете, вы глубоко ошиблись, потому что события положат начало бесконечным дискуссиям о взаимной несовместимости множества обитаемых миров, в ходе которых беззащитный мозг читателя вскипит неоднократно, тем более, что практика во многом опровергнет теоретические построения. Хотя всем несоответствиям найдутся блестящие постфактум объяснения. Ну, а чего бы вы хотели, Стивенсон таки гений и его уровень владения материалом на порядок превосходит тот. что демонстрирует обычный человек, стремящийся к знанию.

Только это нехорошо, когда последнего заставляют ощущать себя недоумком. В том смысле, что помните. когда Эразмас становится наставником Барба и вынужденно проходит с ним заново те вещи, которые полагал давно усвоенными, он внезапно сталкивается с анекдотичной ситуацией: "объяснял-объяснял, сам все понял!" Кажется с "сам понял" в "Анафеме" обстоит не лучшим образом. Слишком много всего нагромоздил.

Вы, профессор, воля ваша, что-то нескладное придумали! Оно, может, и умно, но больно непонятно. Над вами потешаться будут.