Цитаты из книги Królewski skrytobójca

Я знаю одно: когда кто-то знает, что ты его боишься, ты никогда не будешь в безопасности.

Магиями Ограждения и легендарными магиями древности я не владел никогда. Имею ли я право раскапывать их тайны и пришпиливать к бумаге, словно бабочек?

Есть люди, которые приветливо тебе улыбаются, но могут оказаться твоими врагами.

Ни один человек не опасен так, как тот, кто не может решить, чего он боится.

- Вот этого я никогда не мог понять в вашем народе. Вы кидаете кости и прекрасно понимаете, что вся игра может зависеть от одного случайного броска. Вы играете в карты и говорите, что за одну ночь целое состояние может сменить хозяина. Но на человеческую жизнь вы чихаете и говорите: что? Этот ничтожный человек, этот рыбак, этот плотник, этот вор, этот повар? Что он может сделать в этом огромном, необъятном мире? И поэтому вы бессмысленно вспыхиваете и гаснете, как свечи на ветру.

Кое-чему можно научиться по написанным на странице словам, но некоторым вещам сперва учатся руки и сердце человека, а потом уж его голова.

Калека ли ты? Только если ты сам так решишь.

То, что мы сейчас принимаем как должное, может однажды стать чудом и загадкой для наших потомков.

Внезапно я почувствовал, что не могу больше выносить собственного общества.

－ Сколько времени ты можешь делить сознание с тем, кто чешется, облизывается, кто впадает в безумие, когда у самок течка, кто не думает ни о чем, кроме следующей порции пищи？А сам не начнёшь поступать точно так же？Кем ты будешь тогда？

－ Стражником？－ предположил я.

"Sometimes," Chade observed, "it would be much easier to die for one's king than to give one's life to him."

Если человек один раз ударил тебя, он ударит тебя еще раз.

Она плюнула - плевок не задел меня, но угодил прямо в мои двери. Почему-то я решил, что она не сделала бы этого, если бы не покидала Баккип вместе с Регалом. Замок не был больше ее домом, и она считала, что вправе пачкать его, прежде чем уедет отсюда. Это о многом сказало мне. Она не собиралась сюда возвращаться.

- У него есть другие слуги, гораздо полезнее меня. - Это освобождает тебя от твоего обета?

История - это то, что мы делаем, пока живём. Мы создаём её на ходу.

Это грубое лечение было больнее самого перелома, и я снова потерял сознание. Я оставался в забытьи и некоторое время слышал гул голосов, прежде чем непрерывный звук разделился на слова, а слова обрели смысл.

Я начал жить так, словно за каждым моим движением наблюдают.

К сожалению, людей, которых можно подкупить, чтобы они что-то сделали, можно подкупить еще раз, чтобы они потом об этом рассказали.

Мужчины не переносят свои беды на женщин, которых любят.