— А ты, паренек, хоть знаешь, что такое голем? — спросил он.
— Человек, созданный из глины? — неуверенно отозвался Ротфельд.
— Неверно. Скорее, вьючное животное. Раб, неуклюжий и нерассуждающий. Голема создают для тяжелой работы или защиты, а уж никак не для радостей плоти.
....
— Покорной она будет в любом случае, — нетерпеливо перебил его Шальман. — Для того и существуют големы — чтобы полностью покоряться воле хозяина. Она сделает все, что ты прикажешь. Ей даже в голову не придет, что можно ослушаться.
...
Глина есть глина. И запомни вот что. — Шальман слегка нахмурился. — Она все-таки навсегда останется големом, изменить этого я не смогу. В ней будет сила дюжины мужчин. Она станет защищать тебя, не раздумывая, и ради этого легко сможет причинить вред другим. Еще никогда на свете не был создан голем, который не начинал бы в конце концов крушить все вокруг. Ты должен быть готов, что когда-нибудь тебе придется ее уничтожить.
...
Ей казалось, что, оставшись без команд Ротфельда, ее сознание мечется в поисках замены и наталкивается на желания и мысли всех пассажиров, наполнявших судно. Между ними и ею не существовало тех уз, что связывают хозяина с его големом, и потому их желания не превращались в команды, но тем не менее она слышала их, ощущала их остроту, и ее тело непроизвольно дергалось в стремлении исполнить. Каждое чужое желание было как маленькая рука, дергающая ее за рукав: Пожалуйста, сделай что-нибудь.

• Ну а ты что думаешь? - настаивал он. - Ты веришь в их Бога?
• Не знаю. Равви верил. А он был самым мудрым человеком, какого я знала. Поэтому, наверное, и я верю.
• Человек велит тебе верить, и ты веришь?
• Это зависит от того, какой человек. А потом, ты ведь веришь тому, что тебе рассказывают. Сам ты разве встречал джинна, который может исполнять желания?
• Нет, но в наши дни этого никто уже не умеет.
• Значит, это только разговоры. Может, люди и создали своего Бога сами, но разве Он от этого не настоящий? Возьми хоть эту арку. Ее создали люди. Но она же существует.
• Да, но желаний не исполняет. Она вообще ничего не делает.
• Верно, - согласилась она. - Но я на нее смотрю, и у меня просыпаются какие-то чувства. Может, для этого она и была сделана?