Несколько лет назад читала Капитана Блада, теперь решила попробовать роман про пиратов средиземноморских, в надежде, что этот сеттинг автору окажется более знакомым и будет описан достовернее. С сожалением пришла к выводу, что период чтения Сабатини ушел безвозвратно вместе с юностью. Там, где в детстве виделись приключения, красивая любовь и благородные рыцари, сейчас преобладают исторические ляпы, сюжетная глупость и токсичные отношения. А еще меня стал откровенно бесить троп с благородными английскими джентльменами, который сами британцы и растиражировали, чтобы оправдать свое дурно попахивающее, колониальное прошлое.
Сэр Оливер честно заработал себе состояние на службе капером ее величества Елизаветы в борьбе с испанцами за морское господство. Соседи-лорды, разумеется, понимают, что как пирата не назови, суть не изменится, но открыто разевать варежку на служителя королевы остерегаются. В большинстве. Есть один господин, у которого сэр Оливер из-под носа увел выгодную мутку с родовым наделом. Господин озлобился, и будучи не шибко умным, начал Оливера провоцировать. Сэр Оливер, у которого наследственная проблема с управлением гневом, публично пообещал выпустить наглецу кишки и тут же помчался воплощать в жизнь угрозу. По дороге он, правда, вспомнил, что собирается жениться на сестре тупого соседа, которая вряд ли оценит свадебный подарок в виде потрохов родимого братика. Но братик, как все уже поняли, умом не блистал, поэтому его все равно прирезали.
Сэр Оливер искренне оскорбился тому, что его обвинили в убийстве. Да как все вообще могли подумать, что он, благородный пират, стал бы убивать наглого соседа в тихую! Он бы устроил представление с секундантами и пьяными матросами в качестве зрителей. Но если отбросить сарказм, то завязка хорошая, герой своей репутацией и несдержанным поведением сам загнал себя в ловушку. Но сюжета не должно было случится, потому что Сабатини тут же подстелил соломки: у сэра Оливера были доказательства его невиновности. Почему он их не предоставил? Все просто, он обиделся, что его невеста отказалась поверить ему на слово. Это же слово благородного английского джентльмена, как она вообще посмела усомниться в его великой персоне! Уже на этом месте я стала догадываться кого в итоге он обвинит во всех своих бедах. И я не ошиблась, потом невеста окажется виновата и в том, что брат у нее тупенький, и что Оливера в убийстве обвинили, и что он в рабство на галеры попал — разумеется, все беды потому, что она не поверила ему на слово! Честно говоря, я бы больше порадовалась, если бы реально она была организатором его дальнейших злоключений, роман стал бы интереснее.
В результате интриги от лица реального убийцы, Оливер попадает в рабство на галеры, проходит через ад, но выживает, попав на службу к берберским пиратам. За пять лет от завоевывает себе репутацию, верную команду, состояние и статус наследника алжирского паши. Ух, интересненько про это почитать, да? Нет, эта часть его жизни показана не будет, да и вообще вся морская сторона сюжета рассказывается в таком стиле:
Сражение Сакр аль-Бара с голландским судном во всех подробностях описано <в судебной хронике>. Однако оно почти ничем не отличается от прочих морских сражений, и в нашу задачу не входит утомлять внимание читателей его пересказом.
Да, сеньор Сабатини, вы попытались продать читателям простенькую любовную драму под обложкой пиратского романа, да еще и явно признали это утомительными оправданиями. Действительно, кто вообще захочет читать про морские баталии в книге про пиратов?
Ладно, а что там по любовным страданиям? Хоть драму-то мы увидим?
Зачин в целом неплох, сэр Оливер, эдакий граф Монте-Кристо на минималках, возвращается в Англию, чтобы отомстить своим обидчикам. Мотивация понятна, не осуждаю. Только за каким-то лешим он притаскивает свою бывшую в Алжир, где у него политическая борьба за влияние со старшей женой паши. Последняя, к слову, одна из самых адекватных персонажей. Не Хюррем-султан, конечно, здесь герои умом не блещут; но с логичным поведением, потому что муж по возрасту скоро отойдет к Аллаху, а законный отпрыск, будучи типичным сыночкой итальянской мамаши, власть в гареме ей сохранить не сможет. И здесь тоже можно было бы показать отличное противостояние, потому что сэр Оливер реально обнаглел выше меры и мало того, что публично бросает паше вызов, так еще и в открытую стебется над мусульманством. Но автор решил выставить пашу старым идиотом, мотивация которого строится на том, что тот возбудился на смазливую англичаночку. Дед, окстись! Тебе семьдесят, с чего ты вообще взял, что у тебя получится оседлать эту кобылку, которая к тому же, в отличие от надоевшей старшей жены, не будет в этом нелегком деле тебе помогать. Больше шансов в процессе Аллаху душу от напряжения отдать. Таким образом, серьезное политическое противостояние превращается в цирк с конями, где престарелый дед уговаривает пару сотен суровых морских ястребов предать обожаемого ими капитана на основании его постельных амбиций. Убедительно, аж капец!
В книге было ровно две прекрасные сцены: сцена с публичным самоунижением паши, в которой главный герой при свидетелях описал, как этот идиот продолбал выгодного союзника и многолетнюю репутацию ради чужой бабы; и сцена объяснения между Оливером и его бывшей. Это был серьезный разговор двух взрослых людей, которые признаются друг другу, что просрали совместное будущие по собственной глупости. Только дважды за всю книгу Розамунда меня не бесила: когда после убийства брата выставила Оливера из своего замка и в этой сцене. Все остальное время она ведет себя, как типичная дева в беде, которая не пытается ничего решать, зато всех вокруг обвиняет в жестокости и низости. Ау, милая, это реальный мир, а ты живешь в 16 веке! Не померла от выкидыша к тридцати годам — уже удача. Тем не менее, сцена раскаяния — драматичная, и ей бы стоило остаться финальной, потому что сэр Оливер загнал их в обстоятельства, из которых без помощи Бога (из машины) выбраться невозможно. Но синьор Сабатини, разумеется, не стал портить роман логичной концовкой.
Я даже не буду обсуждать бесконечные неуместные выпады на тему религии, которые для европейца 20го века вполне закономерны, но не для мусульманского государства времен Османской империи.
31 понравилось
