Цитаты из книги The Humans

Он начинал меня раздражать. Он не перестал быть хорошим человеком, но я понял, что хорошие люди тоже могут раздражать.

Без эмоций люди не заботились бы друг о друге, а если бы они не заботились друг о друге, вид бы вымер. Заботиться о других – это инстинкт самосохранения. Вы заботитесь о ком-то, а кто-то заботится о вас.

Жизнь, особенно человеческая жизнь, – это акт неповиновения. Ее не может быть, и все же она существует в невообразимом количестве мест почти бесконечного множества солнечных систем.
Нет ничего невозможного. Я знаю это, потому что я знаю, что невозможно вообще все, а потому все вероятности в жизни – это невероятности.

Понимаете, как бы люди ни убеждали вас в обратном, они не любят побеждать. Точнее, им нравится побеждать секунд десять, но если победы продолжаются, в конечном итоге они начинают задумываться о другом, например о жизни и смерти. Хуже побед людям кажутся только поражения, но тут хотя бы можно что-то сделать. С абсолютной победой не сделаешь ничего. От нее никуда не денешься.

– Мы его потеряли, – сказала Изабель. Я не сразу понял, что она говорит о Гулливере.
– Может, – ответил я, – нам просто стоит принять его таким, как есть, пусть даже он не такой, как нам хотелось бы.
– Я его не понимаю. Все-таки он наш сын. Мы прожили с ним шестнадцать лет. А у меня такое чувство, что я вообще его не знаю.
– Может быть, нужно не столько понимать, сколько принимать.

... срывы очень часто оказываются прорывами...

..., но если вы пришли на Землю в поисках логики, вы упускаете суть. Вы много чего упускаете.

Есть вещи, которых не вернешь, но есть и другие, поправимые. Я стал человеком, предав рациональность и подчинившись чувству. И однажды, чтобы остаться собой, от меня вновь потребуется то же самое.

Получалось, что с возрастом жизнь человека становится все страшнее. Ты рождаешься с маленькими ручками и ножками и безграничным счастьем, а потом ножки и ручки растут, а счастье медленно испаряется. С подростковых лет счастье уже норовит выскользнуть из рук, а начав падать, все быстрее летит в пропасть. От самого сознания, что оно может выскользнуть, его становится все труднее удержать, какими бы большими ни выросли руки и ноги.

Они спесивы, отличаются жестокостью и жадностью. Они захватили свою родную планету, единственно доступную им на данный момент, и последовательно ведут ее к разрушению. Они разделили своих сородичей на категории, но до сих пор не замечают, что факторов сходства гораздо больше, чем различий. Психология человека не успевает за развитием его технологий, и тем не менее люди гонятся за прогрессом ради прогресса, а также ради денег и славы, которых все они так жаждут.

– Значит, суть любви в том, чтобы найти человека, который сумеет причинить тебе боль?
– В общем и целом.
– Это абсурд.
– «В любви всегда есть немного безумия. Но и в безумии всегда есть немного разума». Так говорил… кто-то.

Людьми управляют их базовые желания, и это ведет к страданию и боли, потому что желания заставляют нас хотеть получить что-то от мира, но мир есть не что иное, как представление. Поскольку эти желания формируют то, что мы видим, выходит, мы сами себя пожираем, пока не сходим с ума.

Что позволяет им держаться? Идиотизм, обусловленный замедленным чтением. Разве что он

Заботиться о других - это инстинкт самосохранения.

Человечеству недостает конкурентов.

Земля - планета насилия и жадности.

Не будь холоден к людям. Чего-чего, а холода во Вселенной и так хватает. Важно то, что согревает.