– Мое почтение, леди. Не правда ли, чудесный вечер? Простите за вторжение. Возможно, вы собираетесь на променад. Или просто любуетесь пейзажем. Впрочем, пустое. Я подумал, а не пора ли нам переговорить с глазу на глаз? Ах, я забыл! Мы же не представлены как подобает. У меня нет имени. Можете называть меня V. Госпожа Правосудие – V. V – это госпожа Правосудие. Здравствуйте, госпожа Правосудие.
«Добрый вечер, V».
Ну вот, теперь мы знакомы. Я, знаете ли, давний ваш поклонник. Нет-нет, это не то, что вы подумали.
«Бедный мальчик влюбился в меня… юношеская страсть».
Прошу простить, сударыня. Увы, ничего подобного. Я давно восхищался вами… Хоть и с почтительного расстояния. Еще ребенком я смотрел на вас с тротуара, снизу вверх. Я спросил у отца: «Кто эта дама?». Он ответил: «Госпожа Правосудие». А я сказал: «Какая милая». Не подумайте, что это было лишь плотское влечение. Знаю, вы не из таких. Нет, я любил вас как личность. Как идеал. Но время прошло, и у вас появилась соперница.
«Как?! Стыдитесь, V! Вы променяли меня на девку, надутую пустышку с крашеными губами и развратной ухмылкой?».
О, сударыня! Позвольте не согласиться! В ее объятия бросила меня ваша измена! Ага! Вы удивлены, не так ли? Думали, мне неведомы ваши интрижки? Но я знаю все! Честно говоря, я не был удивлен, когда все открылось. Вы всегда были неравнодушны к людям в форме.
«В форме? Я, право, не знаю, о чем вы. У меня не было никого, кроме вас, V, мой единственный…».
Лгунья! Шлюха! Потаскуха! Ты смеешь отрицать, что позволила этому любителю нарукавных повязок и ботфортов обойтись с тобой по-свойски? Что? Язык проглотила? Так я и думал. Вот и прекрасно. Все раскрылось наконец. Вы больше не мое Правосудие. Теперь вы его Правосудие, вы отдались ему. Что ж, я тоже могу поиграть в эту игру…
«Хнык-хнык! К-кто она, V? Как ее зовут?».
Имя ее – Анархия. И она обучила меня многому – куда большему, чем вы! Это она открыла мне, что правосудие бессмысленно без свободы. Она честна – не дает обещаний и не нарушает их. В отличие от вас, Иезавель. То-то я удивлялся, почему вы не смеете смотреть мне в глаза. Теперь понятно. Итак, прощайте, сударыня. Мне будет вас не хватать, хоть вы уже и не та, кого я любил прежде.