Цитаты из книги Ein Wintermärchen

Хоть власть – упрямый медведь, всё же с помощью золота её часто водят за нос.

Так здесь хотят невинность запятнать,
Что после не отмоешь!

Невинности молчанье иногда
Там убеждает, где бессильна речь.

Не всем я по душе, но я над всеми властно. Борьбу добра и зла приемлю безучастно. Я - радость и печаль, я - истина и ложь. Какое дело мне, кто плох, а кто хорош. Я - Время.

Тот еретик, Кто поджигает, а не кто горит.

О, не стесняйся, осыпай меня Своими похвалами. Не похвалишь - И тысяча погибнет добрых дел Без поощренья. Нам хвалы - награда…

огрубевшим сердцем Покажет искренность!..

Нередко в жизни нам бывает скучно, - Так поскучайте и сегодня тоже.

Если б вы видели их радость! А потом слезы! Казалось, плачет само горе, вынужденное покинуть их сердца.

Ведь невинности молчанье Порой сильней красноречивых слов.

Лучше бы люди, когда им уже исполнилось десять, но еще не стукнуло двадцать три, вовсе не имели возраста. Лучше бы юность проспала свои годы, потому что нет у нее другой забавы, как делать бабам брюхо, оскорблять стариков, драться и красть.

Гермиона

Ах, право, право?

Ну, это слабый довод. Но пускай бы

Вы даже звезды клятвами сдвигали,

Я вам сказала б: "Оставайтесь! Право,

Вы остаетесь". А ведь право дамы

Не уступает праву кавалера.

Как, вы хотите ехать? Но тогда

Считать вас будут пленником, не гостем

И за отъезд возьмут немалый выкуп:

Три сотни благодарностей. Ну что же?

Мой пленник или гость? Даю вам право

Избрать одно.

Поликсен

Сударыня, ваш гость.

Мне оскорбить вас предпочтеньем плена

Трудней, чем вам послать меня на казнь.

и пусть вы не будете нас хвалить, зато не сможете и хулить.

Я всем мужьям советую запомнить: Нас тридцать миль прогонишь поцелуем, — А шпорой — еле сдвинешь.

Автолик: «Эй, пешеход, шагай вперед, Не бойся ни дождя, ни пыли. Кто весел — тридцать миль пройдет. Кто грустен — не пройдет и мили».

Моим отцом

Был русский царь. Когда б он жил еще

И видел суд над дочерью любимой,

Он взором состраданья, но не мести

Измерил бы всю горечь мук моих.

Нет, если лжива наша королева, - Не только речь, но каждый женский взгляд, Движенья все, дыханье женщин лживо!