
"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Впервые читала этого автора , но поскольку сейчас зарубежный постапокалипсис я не читаю , то обратила на эту книгу взор. Тем более нужна была книга с выживанием. Хотели получайте сказал Ян Валетов. Жестокий и страшный мир где нет взрослых, а есть дети и озверевшие подростки . Всем любителям помечтать о мире Питер Пэна , о мире без взрослых советую почитать.
У нас есть мир где все живут до 18 лет и все приходит Беспощадный , человек в муках стареет за полчаса и смерть.
Они не живут , а выживают здесь со всей жестокостью на которую способны.
Тим и Ханна рискнули жизнями что бы изменить что то в этом аду . К чему все привело лучше прочтите сами.
В целом книга не плоха ,но вот сленг американский , подростковый бесил изрядно.

В начале книги я усомнилась, не попалась ли мне подростковая фантастика наподобие "Голодных игр", тем более, что автор упоминает свою шестнадцатилетнюю дочь, но очень скоро история меня затянула и не давала продохнуть, пока не кончилась. Да, все действующие лица не старше 18-ти лет. Но именно так действовал вирус, ставший причиной гибели мира. Каждый знает, что в восемнадцать лет умрёт. Каждый решает для себя, как это время прожить. А ведь дети очень жестокие существа, даже если над ними кудахчет целая стая взрослых, старающихся научить правилам, навыкам и законам. Что уж говорить о детях, которых произвели на свет дети, и так уже несколько поколений. Книга жёсткая, местами жестокая, но мне почему-то кажется, что случись нечто подобное в реальном мире - было бы ещё хуже.
По духу книга показалась чем-то сродни "Будущему" Глуховского.
Про себя я пожалела переводчика, который будет переводить (или уже переводил) эту книгу на английский. Вот как перевести всех этих диров, бэбиков и т.п.? Хотя, конечно, в английском тоже существует молодёжный сленг, так что нет ничего невозможного)))

Получилось так, что Валетова-блогера и Валетова-публициста я читаю пятый год, а с Валетовым-писателем(-фантастом) - в скобочках, потому что на фото первая, по словам самого автора, его чисто фантастическая вещь - почти не знаком.
Книга производит впечатление. С одной стороны, казалось бы, постапокалипсис - ну что тут можно нового изобрести? Ничего. Но при этом история написана так, что оторваться невозможно, а рояли в кустах хоть и встречаются, но расставлены весьма аккуратно и по возможности раскрашены под местность. Годнота, однозначно.
Из минусов издания (на которые, правда, забиваешь уже через десяток-другой страниц) - тонкая серая бумага, довольно много очепяток, а фильтрация мата как кот Шрёдингера - и есть, и нет одновременно. Пару страниц стыдливо расставляем многоточия, потом срываемся, жжем глаголом, потом снова стеснительные запикивания. Редактор, не надо так.

Внезапно лицо ее смягчилось.
— Беспощадный, – передразнила она Тима. – Я четыре года живу одна, Книжник. Посмотри на меня! Я жива! Я не раздвигаю ноги перед похотливым Свином! Я не вынашиваю щенков для того, чтобы они служили вождям! Могло быть совсем по-другому, Книжник! Могло быть совсем по-другому! Жить вместе – это не значит быть животным у сильных! Ты же читаешь книги! Ты же знаешь, что люди не всегда жили так!
— Раньше не было Беспощадного!
— У каждого времени свой Беспощадный! – отрезала она. – И у каждого времени есть те, кто согласен так жить! Поэтому я и пришла за тобой, Книжник… Если что-то и может изменить Закон, то это уход Беспощадного. И я готова сдохнуть, если сдохнет он…

— Нет никакой разницы, где умереть, Ханна, – сказал он. – Смерть всегда одинакова. А вот жить можно по-разному…

— Ты хороший человек, – Грег взял ее за руку, осторожно, как берут в ладонь птицу, и она не отстранилась, – но люди – это просто люди. Они лживы, жестоки, безжалостны, коварны, но способны на подвиг и самопожертвование. Они прекрасно обходятся без знаний, любят богатство, власть и секс, и им нравится убивать, но иногда они могут поразить своей добротой и отзывчивостью. Все хорошее в человеке неестественно для его натуры, это результат многовековой дрессировки, а укротителей больше нет. И я не сказал самого главного… Ты, может быть, этого не знаешь, но дети куда страшнее взрослых людей. Мы знаем, что есть законы, понятие нравственности, заповеди, в конце концов, их надо выполнять, потому что иначе мир рассыплется… Так учили нас наши родители. А у них не будет взрослых родителей, не будет бабушек и дедушек, не будет опыта прошлых поколений. И через несколько лет законы человеческого общежития не будет знать никто. И вот тогда, Белль, люди покажут свое настоящее лицо и наше счастье, что мы этого не увидим…
Ты думаешь, что сможешь стать матерью Терезой… а станешь такой же, как я, потому, что добро невозможно сделать без зла.
















Другие издания

