Zbyt blisko

Когда все теряешь и больше нечего бояться, остается лишь свобода. С горба сняли сундук с традициями, наступает колоссальное облегчение.

Люди полагают, что деградация идет постепенно, а на самом деле жизнь может круто измениться в одно мгновение.

Мы заслуживаем того, чтобы нас видели и слышали!

— Осторожнее со словами, – посоветовал Сай.
— Я всегда осторожна, мать твою! Такая у меня работа! – прокричала она шепотом; даже в таком состоянии по-прежнему боялась, что услышат. – Я тоже хочу кокаин!
— Что?
— Все нюхают, а нам не предложили! Потому что мы скучные, слишком правильные. И когда только я успела такой стать? Я была другой. Почему все считают меня несовременной?

— Покушаться на жизнь собственного ребенка – уже дрянь. Но чужого!.. Только представьте звонок родителям. – Сделал вид, что говорит в трубку: – «Отлично переночевали, да, всё путем, только вот малюсенькое «но»…»

— Учитывая род вашей деятельности… – гляжу в окно на листок, который сегодня утром машет, точно с перепоя, – удивительно, что вы ждете, почти требуете от меня правды, а сами довольствуетесь, извините, таким притворством.

Если мы что - то чувствуем, ещё не значит, что должны действовать.

Писатель не может позволить себе роскошь дожидаться музы;он прикладывает руку ко лбу и кропает текст, идёт на риск, прозябает в нищите, становится рабом искусства и жертвует ради него всем.

Нужно быть несчастным в строго определенной степени, приемлемой в приличном обществе. Согласны?

Почему мы, женщины, льстим? Полагаю, это примитивная тактика выживания...

В те времена, завидя в вонючей подворотне скорчившегося бездомного, я беспечно думала: как тебя угораздило? Теперь я знаю ответ - проще простого! Люди полагают, что деградация идёт постепенно, а на самом деле жизнь может круто измениться в одно мгновение.